TO THE VICTORS

Победителям

Автор: Caesia

Перевод: Frida fridka@inbox.ru
Бета: Juxian Tang
Автор дала разрешение на перевод.
Рейтинг:
R
Pairing: Draco/Harry
Summary: это сиквел к фику Juxian Tang "Контролируемый ущерб" и фику
Arachnethe "Сначала"
Дисклеймер: всех имеет Ролинг

 

Победителям

 

«Драко ненавидит Поттера с почти необъяснимой страстью – и эта ненависть, смешанная со своеволием, которое граничит с психозом – эта ненависть смертельна» - Контролируемый Ущерб

 

Хогвартс пал холодным и ясным ноябрьским днем. Коричневые и оранжевые листья опускались на землю с каждым порывом ветра, тонким слоем покрывая тела погибших.

 

Небо отражалось в пустых и холодных голубых глазах Драко Малфоя, сына мятежных Пожирателей Смерти.

 

Его школа стала его домом, его фантастической реальностью.

 

* * *

 

Я неуклюже вхожу в комнату, и твое лицо освещается *надеждой* столь чистой, что мою грудь пронзает боль.

 

Как ты смеешь надеяться? Здесь - до сих пор - после всего, что мы с тобой сделали... Как ты *осмеливаешься* показать, что у тебя осталось что-то, не уничтоженное нами?

 

Конечно, я делаю тебе больно.

 

Ты задыхаешься и всхлипываешь, и разрываешься под моими толчками, как мягкий гнилой плод, и твои испуганные глаза... Твои ужасные глаза. Неверящие, жалкие, еле слышные стоны. Да, *Хагрид* делает это, Поттер. Кто еще, как не Хагрид, который любит тебя, Хагрид, твой *друг*?

 

Конечно, это я.

 

Твой враг.

 

Потому что мы враги, Поттер. Я ненавижу тебя.

 

Ты проиграл, но ты все еще *здесь*, и от этого моя ненависть еще сильнее.

 

Ты знаешь, как восхитительно чувствовать себя в тебе, разорванном, растянутом этим огромным членом? Ты трахал кого-нибудь, Поттер? Ты знаешь, на что это похоже? Здесь никто не хочет видеть, как ты *трахаешься*, только самим делать это с тобой, но в спальнях... Уизли делает это для тебя? Так вы утешаете друг друга?

 

Отец говорит, это очень хорошо, что у тебя есть*друзья*. Друзья, делающие тебя слабым.

 

Отец говорит...

 

* * *

 

Я никогда не предполагал Его победы. Я всегда думал, что победит *отец*. Отец управляет людьми, контролирует обстоятельства. Отец использовал бы даже Министерство, чтобы дать мне все, чего бы я ни пожелал. Все, чем, как он думает, мне следует обладать.

 

А *Он* был сном, мечтой, призраком, явившимся из ниоткуда, чтобы пугать гриффиндорцев.

 

Гриффиндор выигрывает в открытую, Слизерин побеждает в тени. Таково положение вещей, и этому меня всегда *учили*. Я ненавидел это, но я верил.

 

Но потом Он победил.

 

Я был рад.

 

А ты проиграл.

 

И я был счастлив.

 

И я ликую, когда вхожу в тебя снова и снова, в твою задницу и твою глотку. И когда-нибудь мне придется сделать еще одно отверстие, когда ничто в тебе уже не принесет мне удовлетворения. Ты *жалкая шлюха*, ты принимаешь это и тебе это нравится, пусть ты и возражаешь (нет, это раньше ты возражал мне), как будто все осталось по-прежнему, словно ты все еще победитель, а я – проигравший.

 

Но это ты проиграл.

 

И нет ничего слаще твоей крови, покрывающей меня, сочащейся крови, горячей, мокрой. Твоя кровь у меня на языке. Твоя боль.

 

Потому что ты *проиграл*. Гребаный Мальчик Который Был Гриффиндорским Героем, ты *проиграл*.

 

Теперь мы здесь.

 

И ты заслуживаешь все это.

 

* * *

 

Она ненавидела меня.

 

Однажды Гермиона Грэйнджер ударила меня. Давно, в том, другом мире, где вы были победителями, а мы побежденными, ничтожными, жалкими, и не было способа изменить это.

 

Но в этот раз все как будто вернулось; не гордо возвышающаяся с *палочкой* в руке, а корчащаяся на грязном полу, она все еще *верила*, что она лучше меня. Словно вся жестокость, все насилие и унижение только убедили ее в том, как мы *ничтожны*, как ограничены и безумны.

 

Поэтому я убил ее.

 

* * *

 

Раньше ты боролся.

 

Ты привык уступать, и мы *знали*, что ты уступаешь, и мы всегда видели, были ли твои мольбы искренними.

 

Ты научился так *хорошо* играть в эту игру, что мы прекратили ее. Только страдание, просто боль, становящаяся все сильнее и сильнее, чтобы понять, как низко можно заставиться тебя пасть, чтобы увидеть, когда и как ты сломаешься.

 

Я не помню, когда именно ты перестал бороться. Ты сломался, но ты не сдался; ты так и не *остановился*; ты все еще *здесь*. И теперь нам придется проникнуть в твою душу, очень глубоко, пытаясь отыскать уязвимые места, пытаясь найти, как еще тебя можно *ранить*.

 

И нет ран глубже, чем когда мы причиняем боль твои друзьям, верно? *Тебе* самому мы уже не можем сделать больно. Ты все еще *защищаешь* их, Поттер, все еще *заботишься* о них, потому что они любят тебя.

 

Люди любят тебя.

 

Тебе понравилось, когда Хагрид трахал тебя? Ты должен был бы гордиться, слизывая свою запекшуюся кровь с его члена. Агрид любит свово Харри. Но ты мог только трястись и дрожать от *предательства*.

 

Конечно, я осквернил тебя.

 

Я твой *враг*.

 

Я *живу* ради этого.

 

* * *

 

Даже предположив его победу, я бы никогда не догадался, что они сделают это со школой. И я бы никогда не подумал, что мой отец захочет иметь с этим что-то общее. Но он наслаждается тем, что Темный Лорд дал ему; а что еще ему остается? К тому же, отец всегда ненавидел школу. И он использует возможность навести свои порядки и отомстить.

 

Что еще он может чувствовать?

 

Я помогаю ему. У меня есть свои привилегии.

 

Что еще могу чувствовать я?

 

И нежные глаза матери, блистающие опалы, она говорит: «Дождись благоприятного момента». Когда никто здесь и так не признается, что чем-то недоволен. «У тебя еще будет шанс». Подобно тому, как она была терпеливой долгие годы, но я не знаю, чего она ждала.

 

И ее безумная сестра Беллатрикс, ее темный мрачный взгляд, ее смех, она была моим ночным кошмарам, из-за ее насмешливого портрета я всегда боялся комнаты матери... Темный Лорд иногда навещает нас из внешнего мира, мира под Его владычеством, и в такие моменты я благодарен, что я там, где правит мой отец... Они *здесь*. Зачем они здесь? Даже *Снейп*, как бы он ни старался скрыть это...

 

*Ты*, Поттер, ты причина всего. Все замирают, когда ты вздыхаешь или стонешь от боли.

 

Это должно принадлежать *мне*.

 

Твоя боль – *моя*, Поттер. Я *оплатил* каждый вздох, каждый стон, каждый крик. Я не *просил* тебя жить и не просил учиться вместе со мной. Я не *просил* тебя быть тем, кто ты есть, и я не *хотел* быть тем, кто я есть.

 

Но я играл свою роль, а ты *играл* свою, как слепой дурак, направляемый Дамблдором, пешка в его шахматной партии.

 

Для всех ты просто развлечение, или угроза.

 

А я *презираю* тебя, Поттер.

 

Ты бы мог победить.

 

Я хочу отомстить. Снейп будет трахать... любить тебя... как один из тех придурков, которых ты зовешь своими друзьями. Один из выживших друзей.

 

Я хочу, чтобы ты *страдал*, Поттер.

 

Я хочу причинить тебе боль.

 

А Малфои всегда получают желаемое.

 

* * *

 

Однажды Драко Малфой видел, как его родители и их друзья забавляются с семьей магглов, поднимая их в воздух, сея хаос и панику. Он прислонился к дереву и наблюдал, его разум был чистой страницей. Он смотрел, как они показывают свою силу и жестокость.

 

Он смотрел, как они показывают свое безумие.

 

Он столкнулся с Грэйнджер, грязнокровкой, и он знал, что ей не сдобровать, если они увидят ее. Они бы все поняли, преследовали ее и уничтожили. И он предостерег ее держаться подальше от драки, маскируя свои слова под оскорбления, понятные для ее *защитников*.

 

Потому что они были героями, а он был негодяем, и это был единственный способ помочь им.

 

Не то, чтобы он так уж хотел спасти их; но *этого* он не хотел, этой войны, этого слишком реального ужаса... для них. Для него. Он помнил свои ночные кошмары, он знал, что не хочет этого.

 

Поэтому он предупредил их, и они не поблагодарили его.

 

А спустя полтора года они все равно проиграли.

 

* * *

 

Дождь, кровь и боль сливаются в одно багровое море. Мир кажется одной огромной пульсирующей раной, и Драко ждет смерти как избавления. Буквы «ПС», украшающие его мантию, выдают его очевиднее, чем поблекшая метка на руке. Он бы никогда не подумал такого.

 

Мир кажется пурпурным. Он весь изломан – его член, и конечности, и голова.

 

Драко Малфой умирает.

 

Они связали его, и насиловали его, и это было такое неизведанное ощущение – три недели спустя после последней битвы – все еще так удивительно чувствовать себя жертвой, что он почти хотел удержать это - воспоминания о слезах, криках и ранах, но боль давно уже затопила его разум. Он бы не смог отличить боль в анусе от боли во всем теле. Они хотят отомстить – жестоко и безотлагательно; и их ненависть слишком сильна, чтобы просто оскорбить или унизить; они хотят убить.

 

Драко знает это ощущение.

 

Они били и били его, и их ярость была похожа на его собственную, но впервые она просто проходила сквозь него, горячая и влажная, уходящая в сточную канаву.

 

Драко чувствует капли дождя на лице.

 

Мир пульсирует, становится шире.

 

Это было ужасно – одержать победу. Было невыносимо видеть Темного Лорда победителем.

 

Драко заставил их заплатить за поражение.

 

Теперь он проиграл, настала его очередь платить.

 

Мир исчезает.

 

Поражение это холод и тьма, кровь и боль, и дождь.

 

Конец