Lost
 
Главная страница
Слэш
Яой и оригиналы
[+] Галерея
[+] Дневник
[+] E-mail Juxian
Слэш
Название: Заключенный
Автор: DeeLatener

Фэндом: LOST
Рейтинг: PG-16
Пэйринг: Саид/???
Warnings: недоописанные насилие, изнасилование
Summary: АЮ, сильно не бить, если что-то сильно не стыкуется, полет фантазии.
Написано для Aino на LOST-фест.

Шум и тычки, вызвавшие тошноту, - от них хотелось отмахиваться, как от назойливых тропических насекомых. Саиду казалось, что он громко потребовал оставить его, наконец, в покое, на самом деле губы едва шевельнулись.
Из тумана над головой всплыло чье-то лицо.
Саид ощутил резкий запах под носом и дернулся.

- Зачем вы похитили меня, - он напряг мышцы, проверяя путы, внешне оставаясь абсолютно спокойным.
- Ты очень скоро поймешь. Кем ты был до того, как попал на остров?
Саид усмехнулся про себя. Очень верный вопрос. Ведь здесь, на острове, все они - заключенные. А кем он был до крушения… Палачом, убийцей, многим он причинил страдания…
- Солдатом, - скрывать этот факт не имело смысла.
Жидко-серые глаза довольно сощурились.
- Я так и предполагал.

Саид очнулся оттого, что его стащили с жесткой походной койки и, скрутив руки за спиной и надев на голову мешок, поволокли куда-то.
Он услышал лязг затвора и звук открываемой тяжелой двери. С таким же звуком открывались внутренние двери бункера.
На мгновение мужчина отвлекся от происходящего и подумал, будут ли его искать. Первым возникло лицо Джона Локка. Да, этот мог бы, если бы решился покинуть бункер, найти его.
Спина ударилась о жесткую прямую поверхность, руки прижали и прикрутили ремнями, следом ноги - перетянув вокруг щиколоток.
В этом помещении было довольно холодно, Саид чувствовал это через изодранную одежду.
То и дело раздавалось позвякивание стекла. В воздухе пахло лекарствами и химикатами.
- Тебе будет немного больно, - холод на бицепсе левой руки: кто-то быстро и вполне умело протер кожу спиртовым тампоном, последовал укол.
Это было похоже на наркоз: рука быстро онемела. Саид, памятуя об увиденном на своем веку, подумал о подготовке к ампутации...
Но довольно скоро руку начало колоть, следом пришел жар, стремительно поднявшийся к голове, разлившийся по всему телу.
Сознание заволок туман. Тело стало едва ощутимым, это можно было назвать истомой, сладкой легкостью, эйфорией.
Захотелось кричать от восторга, извиваться, вырваться на свободу…
Поверхность вместе с прикованным подалась вниз и превратилась в сложенный стол для послеоперационной перевозки. С головы сдернули мешок.
Саид понял, что находится в медицинском боксе. Свет был ярким, чуть голубоватым. Тот самый мужчина с серыми глазами деловито прикрепил к грудной клетке Саида и его горлу резиновые датчики.
- Все в норме. Попробуем добавить.
Он взял шприц и наполнил его прозрачной жидкостью из ампулы. Одна такая же ампула валялась на столе среди скальпелей.
В ту же руку. Еще более сильный жар, невыносимый!
Саид мотнул головой.
"Врач" бросил взгляд на прибор и удовлетворенно кивнул.
- Вирус развивается быстро, - он поманил помощников. - Его организм то, что нам нужно. Начинаем.
Скальпель прямо перед глазами. Блеснул и исчез. Холод коснулся ноги и заскользил по бедру.
Саид с изумлением обнаружил, что ему не больно. Он чувствовал, как хирургическая сталь разрезает его кожу, пробирается сквозь мясо… но боли не было.
Саид понял, что выполнил бы сейчас все, что ему прикажут, - суть эксперимента также стала очевидна.
Человек, зараженный этим вирусом, прошедший достаточную подготовку и обладающий физической силой, стал бы идеальным пушечным мясом, способным функционировать долго, до потери способности двигаться.
Один из помощников продемонстрировал "врачу" газовую горелку и тот утвердительно кивнул.
Саид видел ослепительно белый язычок совсем близко. Вот самый кончик лизнул грудь, и снова. На нем выжигали причудливый узор, а он смотрел на это распахнутыми глазами, думая, придет ли боль когда-нибудь, или вирус поразил нервные окончания.

Ему позволяли пить, вместо еды вкалывая питательную сыворотку. Другая еда, по словам "врача" могла исказить результаты, нужен был "чистый" эксперимент.
Саид думал, когда его оставляли одного, останется ли от него что-нибудь после эксперимента, оставят ли его в живых, и… найдет ли его Локк. А потом понял, что не хочет быть найденным и спасенным. Его тело было изувечено, нет, все конечности всё ещё были при нем, но он был покрыт шрамами, еще более ужасными, чем те, которыми наградила его война. Он был подопытной черной мышкой, накачиваемой препаратами.
На нем изучали влияние на вирус. Влияние температур, боли, огня…
Он на все просто смотрел.
Словно выходил из своего тела и смотрел сверху на людей в аквамариновых халатах, склоненных над кем-то, распластанным на столе, ковыряющихся скальпелями и крючьями.

И вот наступил день, когда он перестал быть нужен. Ему сказал об этом "врач". Он сказал, что завтра утром его вернут.
Ночью кто-то, вернее трое, вошли в бокс. Скальпелем разрезали лямки на ногах.
Саид решил, что его отпускают. Вместо этого ему открыли рот, разжав челюсть, и затолкали скомканный бинт. Был ли среди них главный - Саид не мог знать.
Конечно, он предпочел бы провести еще несколько дней на экспериментальном столе, чем испытать то, что они делали. Мужчине не было больно - физически, в остальном же - он был поруган. Изломан.
Ногти изучали шрамы, искали гладкую кожу, впивались, с настойчивостью погружались. Его вновь изучали, исследовали: осталось ли что-то, что способно чувствовать. Они были похожи на шакалов, решивших позабавится над израненным хищником.
Саид ощутил холод скальпеля на крайней плоти, затем под яйцами.
Он лежал перед ними, голый и беззащитный, как новорожденный ребенок, которого щипцами вырвали из утробы и собирались разобрать на органы.
С ним снова играли. Но уже в совсем другую игру. Его бедра вырывали друг у друга, награждая его "прощальным подарком". Едва один успевал выскользнуть из растертого нутра, его место занимал второй. В этом не было смысла. А может быть мучители сожалели, что пленник не чувствовал боли и хотели заменить физическую боль духовной ломкой.
Саид смотрел в потолок, чувствуя, как из уголков губ сочится слюна, и выворачивал запястья, стараясь найти хоть малейшую слабину в ремнях. Над ним мелькали смутные силуэты. Тычки внутрь не прекращались еще долго, пока мучители, видимо, не устали.
- Пооааараааа проооааагууууляааатьсяааа.
Словно с пластинки, удерживаемой пальцем.
Саид вспомнил, как забавлялся так в детстве и смеялся над нелепыми звуками.
Его сняли со стола.
Мужчина попытался пошевелиться, чтобы идти самому, но понял, что по-прежнему беспомощен.
Его тащили коридорами, на этот раз не потрудившись надеть мешок на голову.
Почему?
Наверное, потому, что он в любом случае умрет.

Воздух джунглей. Саид был ему рад как старому другу, который вопреки повестке вернулся с войны.
Его тащили еще какое-то время, а затем бросили в заросли, как отработанное мясо.

Резкий запах заставил очнуться. Что-то защипало, укол в бедре, снова, теперь спина… Словно огоньки гирлянды боль вспыхивала и гасла по всему телу, металась словно шарик в пинн-болле.
Саид замотал головой и глухо застонал.
- Он пришел в себя! - влажная тряпка легла на лоб.
- Если только мы найдем тех, кто так его изувечил… - хруст костяшек.
Джек..?
Тугая повязка стягивала ребра.
К губам прижался край фляги. Саид приоткрыл глаза: фляга цвета хаки. Такая была только у Джона Локка.
Новый приступ боли мужчина выдержал, стиснув зубы.
Чья-то рука легла на голову и принялась гладить волосы.
Что это…
На самом деле Локк? На самом деле…
- Зачем… ты… - прохрипел Саид.
- Зачем нашел тебя? - образ Джона проступил сквозь рассеявшийся туман. Его глаза смотрели как всегда пронзительно, пригвождали. - Лежи. Тебе нужен покой.
Ладонь легла на грудь, успокаивая.
- Ты дома. Джек сделает для тебя все, что в его силах. Все будет хорошо.
Саид подумал, как бы прозвучало его имя голосом Локка, но не сказал ничего. Он отвернулся, ощущая щекой уже не холодную крышку стола, а теплую ткань. Джон укрыл его одеялом и тихо вышел.

Саид увидел перед собой тени, за их спиной был голубоватый свет. Он не мог пошевелиться, губы пересохли, глаза распахнулись, всматриваясь в морок - …
- Кто здесь?!!

*************************************************************************

Название: Анестезия.
Автор: Ружь

Фэндом: Lost
Пейринг: Джон Локк/Десмонд
Дисклеймер: Не извлекаю никакой выгоды, просто примусы починяю(с).
Рейтинг: R
Предупреждение: я совершенно не в курсе того, что было в первых сериях третьего сезона. Не судите строго.
A/N: для Эвил, которая хотела Саид/Сойер, Сойер/Джек, Локк/Десмонд, Чарли/Сойер, Чарли/Локк, Сойер/Локк. Рейтинг от R и выше, можно даже НЦ-21 :-)Не юмор, лучше ангст, романс или драму.

-Десмонд? Десмонд, вы меня слышите?
Слышу, братец…Слышу и даже кажется вижу. Если конечно сделать допущение, что в этой пыльной темноте можно что-нибудь разглядеть.
- Десмонд?
- Джон… - это мой голос? Правда? Мой?
Мой голос.
Значит, я все-таки жив. И я даже могу что-то чувствовать.
Чёрт!
При попытке сдвинуться с места все тело пронзает болью. Боль проходит сквозь него, как разряд электрического тока. И кто-то вскрикивает.
Да это же я. Я вскрикиваю.
Темнота перед взглядом сгущается. И я закрываю глаза. Закрываю глаза, а передо мной все равно расплывается хоровод красных искорок.
М-мать…больно-то как…
- Не шевелитесь, - командует мне Локк.
Удивительно, я должен сейчас чувствовать злость к нему. Потому что из-за его дурацкой идеи о том, что это все всего лишь изощренный психологический эксперимент, все и развалилось.
Все.
А может и нет.
Мы живы.
Остров не взорвался.
Конца света не произошло.
Или?
Или все-таки что-то произошло. Что-то непоправимое.
Но мы этого не узнаем, пока не выберемся из развалин того, что было совсем недавно моим бункером. Моим домом, тюрьмой и блок-постом.
- Я думал, вы погибли, - говорит Локк. Его пальцы - твердые и горячие, осторожно ощупывают мой правый бок. Боль вспыхивает с новой силой, и я с трудом сдерживаю стон.
-У вас сломаны ребра. Вам тяжело дышать?
-Нет, - отвечаю я ему.
Пальцы Локка принимаются исследовать мою ногу.
- Тут тоже перелом.
Я прикусываю губы, потому что снова борюсь с по-новому пронзившей мою ногу болью.
- Это плохо, - говорит Локк, - Я бы не сказал, что это очень серьезно…Но, Десмонд, на то, что бы разобрать завал, что бы я мог вас протащить через лаз, уйдет достаточно времени. М-да…
- Все в порядке, Джон, - выдыхаю я, - справлюсь. Я вытерплю.
Локк вздыхает. Он присаживается рядом со мной. Я не вижу его лица, но мне кажется, что его глаза сейчас прищурены, а на губах - печальная полуулыбка. В другом месте или в другом времени, Джон Локк был бы религиозным лидером. Или еще кем-то в том же духе.
Наверное, поэтому я и не могу на него злиться. Моя злость была бы оправдана, если бы Локк был не прав.
А он был прав. Да, эксперимент проводился, но не над моим бункером.
Черт, ну почему я думаю обо всем этом в такой момент?
-Я не сомневаюсь в этом. Но понимаю, что сейчас не могу так рисковать.
- Вы хотите дать мне обезболивающее? - мой смех больше похож на сухое воронье карканье.
- Самое естественное обезболивающее. Хотя это может смутить нас обоих. Понимаете?
- Нет, если честно, - говорю я.
- Об этом не принято говорить, но еще до того, как изобрели действительно сильнодействующие средства, - голос Локка вновь стал звучать как голос рассказчика. Из него исчезла тревога, и он стал спокойным и ровным, - врачи этим пользовались. Только очень неохотно. И только если действительно другого выхода не было. К примеру, для того, что бы расслабить брюшную мускулатуру при операциях по удалению аппендикса.
- О…чем это вы?
Меня стало немного пугать то, о чем рассказывал так спокойно Локк.
- Я натыкался на упоминание об этом в старой литературе. Медикам во время учебы об этом конечно сейчас не говорят. Сейчас на многие необходимые вещи смотрят совсем по другому.
- Хорошо, - я не понимаю, зачем соглашаюсь на то, о чем так пространно мне тут пытается рассказать Локк, - хорошо, давайте…
Наверное, я соглашаюсь на то, потому что боль тлеет в моем теле, и я боюсь того момента, когда она начнет разгораться со всей силой. Дай бог, если это будет всего лишь костерок.
А если это будет лесной пожар?
Я не уверен, что выдержу.
- Но…
- Джон, это останется между нами. Неужели это страшнее, чем обывательская первая помощь при медузовом ожоге?
- В некотором роде да, - говорит Локк.
Его пальцы возятся с моей ширинкой, и я понимаю, что он собирается сделать.
-Н…
Я не договариваю. Когда его пальцы смыкаются на моем члене, из моего рта вырывается только судорожный вздох.
- Эндорфины, - говорит Локк, - играют очень важную роль в восприятии человеком боли.
Его рука работает надо мной чисто механически. А мое тело реагирует совершенно естественно на ее движения.
- Эндорфины вырабатываются в нашем организме под действием многих процессов, - голос Локка совершенно не вяжется с тем, что он сейчас делает со мной. Я не могу сконцентрироваться, - Их выработка тормозит выделение специальных веществ, которые должны нести болевой сигнал от рецепторов к соответствующим центрам головного мозга. И именно поэтому наш мозг не получает сигнал полной силы. Именно поэтому мы никогда не ощущаем всей полноты боли. Хотя существует исключение. Болевой шок. Он происходит потому, что из-за обширных повреждений наш организм не способен выработать большое количество эндорфинов. Происходит перегрузка.
Это конечно была бы очень увлекательная лекция по физиологии, если бы я мог все это воспринимать трезво. Из моего рта рвутся частые выдохи и вдохи. Пальцы Локка скользят по моему напряженному члену в неторопливом ритме, но и это для меня уже чересчур.
Когда на протяжении нескольких лет единственное, что помогает тебе достичь разрядки - это твоя собственная рука, чужие прикосновения оказываются очень острыми и ты к ним оказываешься намного более чувствительным, чем к своим собственным.
- Эндорфины называют естественными опиатами, и именно поэтому тяжелейшей зависимостью мы страдаем от наркотиков опиатной группы. Они почти идентичны тем, что вырабатывает наш собственный организм. Героин вначале использовался как обезболивающее. Как и морфин.
Во всем происходящем - ни капли интимности. И не смотря на все это, я задыхаюсь. Мое сердце бьется быстрее и быстрее с каждой минутой, и я уже на самом краю.
Боже.
- Эндорфины вырабатываются при активных занятиях спортом. Тогда их называют гормонами мышечной радости. Они вырабатываются при употреблении наркотиков. И когда люди занимаются сексом или банальным самоудовлетворением.
С тихим стоном я кончаю ему в руку и откидываюсь назад.
Я прав.
О том, что тут было, никто не узнает.
Локк был прав.
От этого нам обоим неловко.
-Теперь вы понимаете, - осторожно спрашивает он, убрав руку, -почему об этом методе короткой подручной анестезии не пишут в учебниках для медиков?
Подручная анестезия…Ну надо же.
Я бы рассмеялся. Если бы смог.
- Да…
- И почему ее теперь не используют?
На этот вопрос ответ не требуется. Он явно из разряда риторических.
Локк действительно прав. Снова.
Потому что за вычетом чувства неловкости, боли я почти не чувствую.
- Я посмотрю, как можно расширить лаз, - говорит Локк.
А я закрываю глаза.

***************************************************************************

Название: Желание
Автор: Эвил

Бета: Тьяна
Пейринг: Сойер/Джек
Рейтинг: НЦ-17
Жанр: ангст
Предупреждение: в какой-то степени ООС, насилие
Дисклаймер: я просто пользуюсь героями, а так все права у сами-знаете-кого
Для ~Solinary~, которая хотела Сойер/Бун, Сойер/Джек, рейтинг желательно повыше.

Это было невыносимо. Чувство вины причиняло почти физическую боль, словно куда-то в солнечное сплетение воткнули острый нож, и сейчас медленно его поворачивали. Больше всего на свете он хотел побежать обратно, в лагерь, найти Джека, упасть перед ним на колени и молить о прощении. И Джек простил бы. Но нельзя. Вернуться - значит показать свою слабость. А он сильный. Какое ему дело до чьих-то там чувств? И все же - есть дело…
Сойер жестко усмехнулся, ненавидя себя за эти чувства. Кто же знал, что так выйдет? Против воли нахлынули картинки вчерашнего вечера, заполняя сознание, оглушая.

…Когда он увидел Джека, купающегося в озере, у него просто снесло крышу. Это все синдром недотраха, убеждал себя Сойер, глядя, как мускулистое тело сверкает в миллионах брызг. Он закусил губу. Желание становилось мучительным, Сойер чуть сжал член через ткань брюк и едва слышно застонал.
"К чертям! - лихорадочно думал он, избавляясь от одежды, - Почему бы не сделать этого. Вряд ли Джеку потом захочется кому-то об этом рассказать. А если и расскажет - никто не поверит"
И он резко вынырнул из-за скрывавших его деревьев.
Видимо, Джек несколько опешил, увидев обнаженного Сойера, в нескольких метрах от себя. А уж полубезумная улыбка, блуждавшая на губах того, явно не предвещала ничего хорошего.
- Какого… - только и успел сказать Джек прежде, чем Сойер пересек разделявшее их пространство и приник к губам доктора. Поцелуй вышел жесткий, но короткий - придя в себя, Джек попытался оттолкнуть мужчину, что, впрочем, у него не вышло.
Сойер с легкость перехватил его руки и, завернув их за спину, жестко сжал запястья одной рукой. Другой обхватил доктора за шею.
- Сойер… что… ты спятил? - прохрипел Джек, силясь вдохнуть воздуха и судорожно дергаясь в попытках вырваться.
- Да… я спятил, Джек, спятил, потому как хочу тебя так, что перед глазами все плывет…
Говоря это, Сойер сильнее сдавил его шею. Он, действительно, не осознавал что делает, находясь в состоянии какого-то полубреда. Ему нужно было, чтобы жертва перестала сопротивляться, неважно каким способом. Желание туманило рассудок, превращая в животное. Джек вдруг затих и неожиданно зло, сквозь зубы, спросил:
- Ты что же, труп трахать собираешься?
Этого Сойер не ожидал, однако хватки не ослабил, только выпустил запястья доктора, и свободной рукой стал поглаживать его член. Джек резко вдохнул, насколько позволял захват. Сойер с некоторым удивлением отметил, что тот возбуждается.
- А что ты предлагаешь? - поинтересовался он, чуть двигая бедами в такт движениям руки, - дашь мне так, в здравом уме?
- А у меня есть выбор? Так хоть удовольствие получу…
И снова какие-то странные нотки в голосе. Но желание слишком обжигало, чтобы заострить на этом внимание.
Сойер усмехнулся этим словам, отпустил горло доктора, одновременно толкая его на влажную землю и не давая опомниться.
Джек упал на колени, поморщившись и машинально потерев шею. И тут же глухо застонал от боли - Сойер вошел в него без подготовки, резко, на всю длину.
Всё длилось недолго - Сойеру хватило пары минут, чтобы кончить. От оглушительного оргазма потемнело в глазах. Затем он встал, отряхнулся, кое-как натянул одежду, отгоняя назойливую мысль о том, что Джек так и не получил удовольствия. Но какая ему разница? Развернувшись, он презрительно бросил, отчаянно борясь с желанием опуститься на землю рядом с лежащим Джеком и сделать… хоть что-то.
- Сам себя удовлетворишь.
И уже отойдя на несколько метров, услышал:
- Ты ничего не понял, Сойер. Я тебя…
Порыв ветра, шорох листвы заглушили последние слова Джека. А потом крик:
- Сойер, пожалуйста!
Он не остановился…


- Сойер?
Он очнулся от воспоминаний, глядя в обеспокоенное лицо Кейт.
- Сойер, что-то случилось?
Он покачал головой.
- Что ты, Веснушка, все просто прекрасно.
Он точно знал, что сегодня вечером придет к Джеку. И он ему не откажет. Так почему же так противно?

****************************************************************************

Название: Потерявшийся
Автор: Линн Бранст
Пейринг: Саид/Сойер
Рейтинг: R
Предупреждение: Саид AU, но поскольку действие происходит после гибели Шеннон, возможно это немного извинит меня и его.

Потерявшийся.
Нежный изгиб губ, гибкое тело, длинные ноги, светлые волосы. Тело выгибается, словно тугой лук готовясь расстаться со стрелой. Разметавшиеся волосы падают на лицо, скрывая выражение глаз. Нет! Так нельзя, он хочет видеть это! Тонкие ноздри раздуваются, словно пытаясь втянуть весь воздух, находящийся в их доме - легким необходим достаточный объём для рвущегося победного крика. Вот язык проводит по верхней губе, как обычно в преддверии оргазма. Изо рта рвется крик...
И тут он просыпается, с осознанием необходимости не дать этому крику прозвучать. Нельзя, чтобы кто-то узнал! Стоп. О чем никто не должен знать? Саид сел на постель, притянув к груди ноги, и попытался унять дрожь, вновь понимая, это всего лишь очередной кошмар. Он привык считать такие сны кошмарами, по крайней меря для него все так и есть. Единственно надеясь, что в этот раз во сне не кричал. Не хотелось бы в очередной раз навязчивой помощи девушки-психолога, да и вездесущий Джек уже достал. Не та это тема, которую можно обсуждать с кем-либо. В любом случае, сейчас надо встать и убрать последствия маленького ночного приключения. А то и так слишком много понимающих взглядов вокруг.
Но сегодня ждал сюрприз. Сегодня проснулся, так и не успев кончить. Саид устал от этих снов, устал видеть каждую ночь погибшую Шеннон, устал заниматься с ней любовью так, как они никогда не занимались. Ну не делала она в постели это, и все. Устал от одиночества и преследующих странных ощущений, словно, желанная женщина все ещё рядом. А ещё пугало одно странное чувство, как же хорошо оттого, что они с Шеннон больше не вместе. Саид откинулся на постель в попытке вновь заснуть. Но в застывшем воздухе все ещё пахло сексом. Неудовлетворенная страсть вновь дала о себе знать. Саид, способный думать сейчас лишь о желании освежиться, вышел из шалаша. Ноги медленно несли его к пресному источнику, и вряд ли он сейчас смог бы сказать, почему идет именно туда.
И тут он увидел её! Даже сердце сделало кульбит в груди, и всплыли все рассказы Лока, об исполняющем желания острове, да и остальные рассказы тоже. Ну, может они и не так говорили, сейчас это было не важно, там, у ручья, точно стояла она! Саид медленно сделал шаг вперед и тут же остановился. Как глупо, принять мужчину за женщину. Но вот нагнувшийся к воде человек встал и повернулся, словно ощутив присутствие ещё кого-то рядом, мелькнули светлые пряди, губы влажно блестели, как в том, чертовом сне!
- Кейт?
Мужчина гибко потянулся, демонстрируя своё великолепное тело, как обычно делал в присутствии женщины, пытаясь возбудить желание. Саид сглотнул, вспоминая о своём болезненно напряженном члене, так до сих пор не получившем разрядки. Блондин же перед ним продолжал демонстрировать почти кошачью гибкость стройного тела, явно пока не понимая, кто прячется в темноте.

Неужели она сдалась и все же пришла? Когда шел к источнику не верилось, что Кейт можно получить так просто. Но нельзя же пригласить девушку и не прийти самому? Потому в назначенный час отправился проверять. Когда же услышал шорох на тропе, сразу подумал о ней. Кому ещё может понадобиться посреди ночи идти через лес к пресному источнику? Ну конечно позволил девушке немного насладиться сладостным мигом предвкушения. Они ведь от этого даже больше, чем просто от секса заводятся. К его удивлению, девушка не вышла. Он сделал шаг вперед, к тропе, и остановился.
- Кто там? - Сработал инстинкт самосохранения, а может, просто решил позволить девушке немного поиграть, но ответа не последовало. Сойер вздрогнул, понимая, сейчас тем путем возвращаться к берегу не стоит, но все же ещё немного постоял, надеясь услышать веселый смех, увидеть девушку, которая, выскочив из леса, подбежит, обнимет и ехидно спросит "Испугался?". Так и не дождавшись ответа, постарался смирить дрожь, прошедшую по телу, медленно развернулся и пошел другой дорогой, каждую секунду готовый броситься бежать. С ужасом слушая, не приближается ли треск веток за спиной. Но кто бы то ни был, преследовать его не стали, шум от шагов просто удалился. Сойер остановился, только сейчас понимая, насколько испугался, прижался спиной к дереву, нервно смеясь. А он то уже успел представить себе каких-то ужасов, к счастью миновала чаша сия. Но спустя секунду вновь ощутил чье-то присутствие рядом, попытался осмотреться, но что можно увидеть ночью в лесу? Даже где находиться человек, если это конечно человек, не удалось. Не разбирая дороги, бросился бежать, несколько раз почти упав, и это не удивительно, почти врезавшись в дерево, но кто-то шедший сзади, вновь успел схватить за пояс брюк и помочь разминуться с объектом, как раньше с землей. Вот только даже мысли сказать "спасибо" не возникло. Страх перед гонящим его вперед человеком или людьми, лишь однажды заставил развернуться и попытаться защитить себя. И вновь он не мог понять, где находиться другой, услышав шорох, попытался нанести удар в ту сторону, но лишь глупо махал руками в воздухе, а потом его впечатали лицом в дерево, и уверенная рука прошлась по ягодицам, давая понять, как именно собираются использовать. Сойер испуганно дернулся, но тут вновь отпустили. Больше попыток останавливаться и обороняться блондин не делал. К счастью впереди показался свет, каким-то чудом удалось добраться до берега, он спасен!

Он здесь, в полной его власти! Саид провел ладонью по оттопыренному заду, но все же отпустил, пока ещё не достаточно наигравшись. Тихо передвигаться по лесу на самом деле не так и трудно, особенно прошедшему войну человеку. Загонять жертву тоже было не в новинку. Вот только раздражало, что Сойер недостаточно испуган. Да и рассвет скоро, он сможет разглядеть преследователя. Так не пойдет. Вынуждая двигаться в правильном направлении, проводил до самого берега, позволяя себе иногда догнав легко касаться упругих ягодиц другого мужчины. А когда до берега осталось совсем чуть-чуть, легко обогнал и словно случайно вышел навстречу. Беглец вылетел из леса и едва не врезался прямо в него.
- Сойер, что случилось, ты меня напугал. - Саид внимательно вглядывался в лес.
- Да нет, ничего, просто показалось, будто я потерялся. - Сделав вид, словно не он бежал сломя голову по ночному лесу, блондин на негнущихся ногах прошел к своей палатке. Но это же так очевидно, испугался, действительно испугался!
Саид вернулся к себе, наслаждаясь воспоминанием о страхе, отпечатавшемся на лице Сойера, когда мужчина выбежал из леса на берег. Одна мысль безмерно радовала, если продолжить, страх будет только расти, а надоест играть и захочется секса, можно взять силой в любой момент. Пока они на острове, Сойер в полной его власти. Блондин слабее, принуждение не будет проблемой. А потом словно очнувшись, вспомнил все сны с момента появления на этом острове, неожиданно поняв, не Шеннон снилась ему жаркими ночами, это всегда был Сойер. Член заныл, напоминая о собственных неразрешенных нуждах, требуя пойти и взять гибкое тело прямо сейчас. Можно даже прямо на берегу, пока все спят, блондин никогда и никому не расскажет об этом, главное скорее! Хотя... Стоп! Он же не такой. Не может такого быть, чтобы он желал мужчину! Тем более взять силой, да ещё предварительно напугав до полусмерти. Это нехарактерно для него, думать так. Просто потерю Шеннон трудно пережить, потому и сходит медленно с ума. Точно. Необходимо оставить Сойера в покое.
Саид бросился в постель, уткнувшись лицом в подушку, но так и не смог заснуть. Сойер так близко, как спелое наливное яблочко, протяни руку и оно мягко опуститься в твою ладонь! Но нет, он не мог так поступить. Мучаемому противоречивыми желаниями мужчине так и не удалось заснуть до самого утра. Как впрочем, и другому человеку неподалеку от него. Вот только мысли в той голове были совсем другие. Хотя и вряд ли веселее.
Остров же искренне горевал о не пожелавшем принять его дар человеке. Но он ещё даст Саиду возможность взять другого, в этом можно не сомневаться, и тогда мужчина точно не сможет устоять.

**************************************************************************

Название: Сделка
Автор: Shinmaya aka Fred

Пейринг: Бун/Шеннон
Рейтинг: R
Для Ружь, которая хотела Бун/Шеннон

Ночь. Тишина. И только эти несносные сверчки. Еще прибой.

Бун посмотрел на часы, единственное, что осталось у него от цивилизованного мира - без пяти полночь. Нужно спать. Завтра они с Локком снова пойдут исследовать странный люк. Локк говорил, у него есть насчет него кое-какие догадки.
Но просто не хочется спать. Нет, только не сейчас, когда Шеннон и Саид вдвоем на этом пустынном пляже.

Бун не понимал свою сестру. Что ей нужно от Саида? Что он может ей дать? Почему она выбрала именно иракца? Кажется, Сойер был больше во вкусе Шеннон, но она все равно закрутила с Саидом. Бун не верил, что его сестра способна просто влюбиться. Слишком уж хорошо он ее знал.

Это случилось через некоторое время после смерти отца Шеннон. Она пришла в комнату Буна в небрежно наброшенном на голое тело шелковом халатике. И взгляд у нее был такой добрый-добрый.

Бун встряхнул головой. Опять это наваждение. Пора бы уже забыть обо всем, как об ужасной ошибке. Одни только воспоминания о той ночи заставляли Буна почувствовать себя порочным, грязным, недостойным. Конечно, во всем была виновата Шеннон. И только Шеннон.

- Бун?.. - позвала она заискивающе. - Буни?
Он лежал на кровати и читал журнал. И не хотел реагировать на ее провокации.
Шеннон опустилась на край кровати. Потом легонько тронула его за коленку.
- Ну, посмотри же на меня!
- Чего тебе? - брат поднял взгляд и встретился глазами с ней. Взгляд Шеннон был по-настоящему заискивающим. Она заправила за ухо светлую прядь волос. Сглотнула.
- Бун, мне нужны эти деньги. Очень нужны. Чтобы уехать и больше никого не беспокоить. Достань мне их!
- Шеннон, ну где я возьму деньги?
- Попроси у матери.
- Она не даст.
- Придумай что-нибудь! Ради меня? - Шеннон уже не просила, а требовала. Ее глаза горели, она резко подалась вперед, полы халатика разошлись, обнажив белую упругую грудь. Бун отвернулся.
- Прикройся, - сказал он холодно.
- Зачем? - ухмыльнулась Шеннон.

Низкая. Подлая. Любимая.
Она знала. Она все знала.
Что он не сможет отказать ей, когда она так настойчиво просит.
Что он пойдет к матери и насочиняет кучу небылиц, только чтобы достать денег и отдать Шеннон. Чтобы больше никогда ее не видеть.

Но в этот раз она зашла слишком далеко.
- Шеннон, хорошо, я попрошу у мамы денег, - пообещал Бун, пытаясь отстраниться от сестры, но та не отставала.
- Ну же, Буни, зачем так стесняться? Я же знаю, что тебе это нравится! Ну-ка… Дай руку!
Она взяла его руку и положила себе на грудь. Как какая-то дешевая проститутка. Бун ненавидел себя за то, что до смерти любил эту проститутку. Он облизал губы.
- Нет, Шеннон, отпусти! - дыхание его было сбивчивым, он почувствовал, как гулко стучало в груди сердце. - Шен-нон…

Глаза Шеннон широко раскрылись, когда брат подался вперед и притянул ее к себе, обхватив за талию. Она этого не ожидала.
- Шеннон, что ты делаешь? - зашептал Бун ей в ухо. - Зачем ты все это устроила? Помучить меня? Поиздеваться?
Она играла. До конца. До последнего. Поэтому улыбнулась и прошептала в ответ своими нежно-розовыми губками:
- Нет, Буни… я не издеваюсь. Ты нравишься мне. Очень.

В ту же секунду парень впился в ее губы и повалил на кровать.
Шеннон никогда не думала, что ее брат может быть таким горячим и страстным. Бун и сам этого не знал. Он знал только, что у Шеннон такое горячее тело, такие сильные ноги, а ее губы - сладкие и мягкие.

Они занимались любовью несколько часов подряд, и Бун мечтал, чтобы все это не кончалось. Он не хотел думать о том, что будет после этой ночи. День не должен наступать, Бун не хотел, чтобы его снова начало одолевать чувство вины…

Шеннон пододвинулась поближе к брату и шепнула ему на ухо:
- Бун… мне правда надо уехать. Поехали вместе, а? Будем жить в одном городе, это же здорово.
- И какие у нас будут отношения? - спросил он опасливо.
- Как у брата и сестры, конечно же, - усмехнулась Шеннон.
- Даже теперь? - Бун с тревогой посмотрел на сестру.
- А что теперь? - Шеннон легонько стукнула его по носу. - Разве что-то изменилось, малыш Буни?
И проворно выскользнула из постели.
- Может, ты сам купишь билеты на самолет? - попросила она и прикрыла за собой дверь…

По пути в аэропорт Шеннон вела себя так, как будто была его девушкой: висла у него на шее, говорила какие-то нежности, иногда целовала.
Бун решил, это будет последний раз, когда он видит сестру. Он был твердо намерен попрощаться с ней. Как только прилетят. В аэропорту. Взять разные такси и больше никогда друг другу не звонить.
Судьба распорядилась иначе.


Здесь, на острове Шеннон ничего не нужно от Буна, и он снова стал для сестры пустым местом.

Бун снова посмотрел на часы. Полночь.
Завтра. Локк. Люк.
Он закрыл глаза, оставив вверху над собой бесконечно звездное небо.
Под этим небом где-то неподалеку целовались Шеннон и Саид.

****************************************************************************

Название: Мой рок-н-ролл
Автор: Juxian Tang
Фандом: Lost
Пэйринг: Кейт/Сойер
Рейтинг: R

Для Shinmaya aka Fred, который хотел Сойер/Кейт, рейтинг не ниже R

МОЙ РОК-Н-РОЛЛ

Океан недвижим, гладкое зеркало, только кружево мельчайших волн лижет берег. И капли дождя, редкие и тяжелые, падают на эту идеально ровную поверхность, каждая на миг образует выемку в воде. Тысячи, миллионы капель - всюду, до самого горизонта - и звук их: шорох, шепот, тайный разговор, поверяющий секреты.

В такой дождь хорошо или спать... или слушать. Сойер делает первое, Кейт второе. Она стоит под кромкой голубого пластикового навеса и слушает, как капли шлепают по пленке и по воде.

Дождь шепчет:

- Не убежишь... Некуда бежать...

В такие мгновения одиночество кажется осязаемым, обволакивает, прилегая к коже, как влажная ткань. И пусть от остальных Кейт отделяет лишь тонкая фанерная стенка хижины и несколько метров пляжа, а ребенок Сун, плакавший полдня, только недавно замолчал - их реальность уступает реальности дождя. И той правды, что он несет с собой.

Когда-то давно - месяцы назад - многие проводили часы, глядя на океан почти вот так же, как сейчас Кейт. Они смотрели с томлением и верой, что вот-вот на горизонте появится белый силуэт корабля. И их спасут. Кейт никогда этого не ждала - не только потому, что для нее спасение означало бы тюрьму. Она всегда была слишком деятельной, чтобы тратить время на ожидание.

Но сейчас она смотрит, и оказывается, что страх может точно так же приковывать взгляд, как и надежда.

Да, они все давно уже знают или подозревают, что корабля не будет. И в любой другой ситуации этого ей было бы достаточно для спокойствия. Кейт всегда жила настоящим днем. Ее не пугало будущее, не пугала необходимость бежать.

На самом деле, бегство всегда было у нее в крови. Даже когда она была еще девчонкой - и возможно, именно это в той же мере, что и ненависть к отчиму, заставили ее сделать то, что она сделала. Она привыкла жить в дороге. Она жила дорогой. Даже в тот короткий период, когда ей удалось остановиться, задержаться, выйти замуж - она знала, что когда-нибудь это оборвется - и она побежит дальше. Дорога была ее домом.

- Больше не побежишь...- шепчет дождь. - Не перепишешь набело...

Остров освободил ее. Но остров и привязал ее. Эта хижина из пластика и фанеры - Кейт знает, что теперь это ее дом - последний, другого не будет, да она и не хочет другого. Этот мужчина - и ее сердце словно падает в бездонную пропасть, когда она думает о Сойере. Она не хотела, чтобы это произошло, она боролась - и все же не устояла. Желание быть с ним, отдаваться и брать, сливаться с ним в одно оказалось сильнее доводов рассудка.

Этот остров, этот мужчина, эта свобода, эти друзья - все оковы на ее ногах.

Их не спасут, она знает это. Корабль не придет. Но если он придет... если... и этот страх, которого Кейт раньше никогда не испытывала, хуже всего.

Что же она наделала... Как она это допустила...

Она слышит, как Сойер шевелится, сонно, лениво. Она не оглядывается. Ей не нужно смотреть, каждая клеточка ее тела ощущает его близость, его взгляд, почти безнадежный от страсти. Она знает, что он хочет ее, и жар охватывает ее в ответ на его желание. Сойер подходит к ней, обнимает за плечи, и его губы касаются ее шеи, под волосами, стянутыми лентой. Кейт откидывает голову на его плечо и закрывает глаза.

Пока он с ней, она не может жалеть о том, что сделала.

- Не хочешь бежать... - шепчет дождь. - Поздно...

Он целует ее, его сильные руки обвивают ее талию, ложатся тесным, теплым кольцом на купол ее живота - осторожно дотрагиваются, словно до самой большой ценности в мире. Иногда в ответ на его прикосновения кто-то внутри нее отвечает приветственными толчками - но не сейчас. Кейт трется затылком об его плечо.

- Не отпускай меня, - говорит она, и Сойер отвечает, и его голос, твердый и спокойный, заглушает шепот дождя, отгоняет туда, где его можно не слышать.

- Никогда не отпущу.

КОНЕЦ

[+] Back