Juxian Tang's Fiction in Russian
 
Главная страница
Слэш
Яой и оригиналы
[+] Галерея
[+] Дневник
[+] E-mail Juxian
Слэш
Название: Своя игра
Автор: Juxian Tang
Бета: Tokyo
Фандом: Звездные войны
Пэйринг: Мэйс Винду/Джанго Фетт
Рейтинг: PG-13
Disclaimer: Все принадлежит Лукасу, и кое-что Мэтью Стоверу.
Warning: Альтернативная вселенная. Мэйс Винду не убил Джанго.
Саммари: Их бой не закончился на арене на Геонозисе
Особенная благодарность Tokyo, которая сделала для этого фика куда больше, чем просто бета!
Написано для Сехмет на Фест по Звездным Войнам

СВОЯ ИГРА

На балконе арены на Геонозисе они стояли друг против друга. На расстоянии вытянутого меча - над светящимся лезвием лилового цвета - их взгляды скрестились, словно две черные молнии, темные с темными.

Для переговоров, для предложения уступок не было ни времени, ни возможности. В таких ситуациях беседы не ведутся. И несколько секунд молчания - только для того, чтобы оценить врага.

Один из них видел перед собой противника - опытного, смертельно опасного. Препятствие, которое необходимо устранить. Угрозу, которую нужно ликвидировать, пока не нанесен непоправимый ущерб.

Для другого: коричневый плащ был всем, что он ненавидел, всем, что приходило в его жизнь, чтобы уничтожить то, что ему удавалось построить. На короткий срок время почти остановилось, стало медленным и густым, словно в нем сконцентрировалось все прошлое, что разделяло этих двоих - пусть даже никогда раньше они не встречались.

В эти застывшие мгновения они изучали друг друга - в поисках слабых мест - словно отгороженные от всего мира еще не начавшимся поединком. Потому что оба знали, что недооценить соперника значило проиграть; а усомниться в своих силах значило погибнуть.

"Я убью его," думал наемник.

"Мне придется убить его," думал джедай.

* * *

- Тебе нужна медицинская помощь, Фетт.

- Я заметил это.

Мэйс увидел, как губы Джанго Фетта раздвинулись в усмешке - холодной, дерзкой усмешке, которая не касалась глаз. Зубы были испачканы кровью - карминно-красной и густой, и казалось, будто это не кровь из разбитого рта, а боевая раскраска, чтобы устрашать врагов.

Он подумал, что даже сейчас Джанго несомненно выглядел самым опасным охотником за головами в галактике. Даже прикованный к стулу - магнитные наручники вокруг лодыжек и запястья левой руки. Даже с обрубком правой руки, замотанным запятнанными кровью бинтами.

Ему было больно, Мэйс в этом не сомневался - не нужно было обладать доступом к Силе, чтобы почувствовать это. Но это не делало Джанго ни менее агрессивным, ни более склонным к сотрудничеству.

Мэйс Винду остановился у двери, опершись о косяк, скрестив руки, глядя с высоты своего роста на прикованного наемника. Он знал, что задача, стоящая перед ним, будет не из легких, и все же он надеялся справиться. Потому что не справиться означало бы прибавить еще одну ошибку к той, уже совершенной.

Когда на балконе арены на Геонозисе он не нанес один-единственный удар, который мог бы изменить все. Мог закончить войну. Разрушить сопротивление сепаратистов. Когда Мэйс не убил человека, от судьбы которого зависело будущее.

- Граф Дуку. Ты знаешь, что нам нужно. Как только ты сообщишь нам, где он скрывается, тебе немедленно окажут помощь. В твоих интересах не затягивать с ответом, Фетт.

- С чего ты взял, что меня заинтересует такое предложение?

Слова были произнесены нарочито небрежно; плюс наглая ухмылка во взвешивающем, едва ли не снисходительном взгляде. Пытается спровоцировать меня, подумал Мэйс. Хотя чего наемник намеривается добиться этим? Неужели он думает, для него еще не все кончено? Надеется выбраться отсюда? Какая глупость. Несколько часов назад Джанго уступил Мэйсу в бою, будучи одет в мандалорский доспех. А на что он рассчитывал теперь - без оружия, под охраной, скованный?

Что ж, Мэйс мог напомнить ему, у кого в руках козыри.

- Я не думаю, что у тебя есть выбор, Джанго.

Он предлагал простую сделку - Мэйс не сомневался, что наемник понимает это. И согласится. Просто человек, который за деньги выполняет любую работу, привык торговаться. Следовательно, надо дать Джанго понять, что ставки не будут повышены. А время работает не на него; чем дольше он будет колебаться, тем дольше ему придется терпеть боль, ожидая, что им займется эм-ди.

Главное - Джанго не должен был догадаться, что Мэйс тоже спешит. Спешит, потому что все еще надеется исправить свою оплошность. Надеется, что, может быть, еще не поздно - если найти, догнать Дуку прямо сейчас...

Темные, налитые кровью глаза Джанго рассматривали Мэйса так, словно тот был чем-то одновременно мерзким и занятным. Например, говорящей кучей мусора.

- Не думаю, что ты хорошо ведешь дела, джедай. Выбор должен быть всегда. Нельзя загонять кого-либо в угол.

Возможно, в другой ситуации Мэйс бы согласился. Возможно, он даже оценил бы самообладание наемника. Но не сейчас. Не сейчас, когда он чувствовал эту вину, это нетерпение, эту необходимость исправить сделанное - точнее, *не-сделанное*. Джанго был единственным ходом к Дуку, который у них был. И Мэйс должен был добиться от него ответа.

Возможно, стоило поручить это задание кому-то другому. Возможно, Мэйс потерпит поражение там, где другой - тот, кого бы не связывали с наемником такие личные отношения - достиг бы успеха. Джанго ненавидел его. Не мог простить отрубленной руки и захвата в плен. И поэтому он будет сопротивляться, даже если это бессмысленно.

Но особый дар Мэйса Винду позволял ему видеть уязвимые точки - в людях и в ситуациях. Так, как он увидел уязвимое место Фетта в бою - и смог его победить. Он найдет такую точку и сейчас, несмотря на сопротивление мандалорца.

Граф Дуку был слишком важен. Как только Мэйс получит сведения о том, где он скрывается, его корабль, все еще находящийся на орбите Геонозиса, немедленно отправится туда, куда нужно. Мэйс надеялся, что это произойдет раньше, чем Дуку успеет собрать вокруг себя союзников. Это *должно* было произойти раньше.

Еще несколько человек в каюте стояли, ожидая приказов Мэйса, в любой момент готовые оказать помощь. Их присутствие не отвлекало его - ничто не могло нарушить его сосредоточенность; и все же Мэйс сознавал, что еще не вполне привык к их одинаковым, лишенным выражения лицам. На Геонозисе, когда они были в шлемах, казалось естественным, что они все так похожи. Многократно оттиражированный тип идеального солдата - именно то, что нужно Республике. Но сейчас, на корабле, Мэйс осознавал неестественность этого единообразия. К тому же, это были клоны того самого охотника, которого Мэйс допрашивал - минус возраст, минус наглое, беспричинно уверенное выражение, как на лице Джанго.

Он сотрет это высокомерное выражение с его лица. Он добьется ответов на свои вопросы. От этого просто зависит слишком многое - а значит, Мэйс Винду должен это сделать.

Мэйс помнил, как все то время, что он сражался на арене, пытаясь уклониться от копыт реека и выстрелов Джанго, мысль о том, что он должен был покончить с Дуку, непрестанно билась в виски. Мэйс знал, что не должен думать ни о чем, кроме боя, что если позволит себе отвлечься, то умрет. Но как можно было забыть, что его колебание принесло и принесет неизмеримые потери Республике, всей галактике! Там, на балконе, его врагом был Дуку, не Джанго. Джанго Фетт был всего лишь инструментом.

Впрочем, этот инструмент был вполне способен уничтожить его. И все же Мэйсу в конце концов удалось отпустить от себя сомнения, сосредоточиться только на бое. Тогда он прыгнул вперед, подныривая под выстрелы - и рубанул по руке наемника мечом.

На этом для Джанго все могло бы закончиться. Ему стоило уйти с арены, признать поражение. Но ненависть, которую Мэйс чувствовал во взгляде Джанго, была слишком велика. И когда джедаи были окружены, Мэйс видел Джанго Фетта среди врагов, с бластером в левой руке - и несмотря на шлем, закрывающий лицо охотника, Мэйс знал, что Джанго улыбается.

А потом появились клоны, и удача повернулась лицом к джедаям. Вот только Дуку ушел.

Мэйс вспомнил слова Йоды, дающего ему поручение:

- Особый талант у тебя есть, и упорство. Сможешь ты узнать у наемника то, что он скрывает.

Мэйс знал, что Йода, в своей мудрости, дает ему это задание, чтобы помочь ему забыть о своей ошибке. Но пока он был не способен забыть о ней. Он не убил Дуку... не убил ситха... как он мог не почувствовать, что меч, который Дуку носит - кроваво-красного цвета?

С самого детства, с тех пор, как Мэйс осознал, каким даром он обладает, он никогда еще не чувствовал яснее, что этот дар может оказаться проклятием. Он *видел*, что Дуку является уязвимой точкой - и все же усомнился. В чем тогда смысл дара, если его помощи недостаточно, чтобы принимать правильные решения?

Поэтому с Джанго он не должен был ошибиться.

- Куда отправился Дуку с Геонозиса?

- Не помню, чтобы я соглашался отвечать на твои вопросы, джедай.

Но ты будешь отвечать, подумал Мэйс.

- А ты хочешь сказать, что готов терпеть боль и отказываться от помощи - ради чего? Ради своего нанимателя? Какие отношения связывают тебя с Дуку?

- Это не твое дело.

- Думаешь, он тебя не списал со счетов? Думаешь, ему не все равно, что произойдет с тобой?

- Потренируйся в красноречии еще, Винду. Пока ты меня не убедил.

Что ж - Мэйс усмехнулся - он ведь и пришел сюда, чтобы убеждать. Посмотрим, как Джанго Фетту понравится то, что он скажет сейчас. Он видел слабое место наемника. И это значило, что Мэйс знал, куда ударить.

- Думаешь, Дуку не все равно, что произойдет с твоим сыном? У тебя ведь остался сын там, на Геонозисе? Твой клон, которого ты воспитывал, как сына? - Мэйс чуть задумался, вспоминая сказанное Оби Ваном. - Боба, да?

И он почувствовал это - как бы отлично Джанго ни владел собой - что у него получилось. Что это был правильный путь. Та самая точка, удар в которую разрушит защиту наемника.

Черноволосый мальчик с упрямым, серьезным лицом - Мэйс вспомнил его - стоящий рядом с Джанго в тот момент, когда Мэйс поднял свой меч к горлу Джанго. У него еще мелькнула мысль, что за человек должен быть Фетт, чтобы взять ребенка смотреть на казнь. И что скоро мальчишке придется увидеть немало крови. А потом Джанго оттолкнул Бобу с линии огня - оказавшись лицом к лицу с Мэйсом. Боба остался на трибуне, когда поединок переместился на арену. Хотя... в тот момент, когда меч Мэйса прошел через руку Джанго, отсекая ее вместе с бластером, ему показалось - даже сквозь шум боя, что он - не слышал, а почувствовал сквозь Силу - короткий вздох отчаяния, изданный мальчишкой.

- Ты думаешь, Дуку присмотрит за ним?

Мэйс знал, что Дуку не станет заниматься мальчиком - сыном сподвижника, попавшего в беду. И по глазам Джанго он догадался, что и тот знает это.

- Твой сын. Один на незнакомой планете. Что с ним будет?

- Боба сумеет о себе позаботиться.

Конечно, Джанго хотелось бы в это верить. Единственная надежда, на которую он мог бы рассчитывать. Но Мэйс собирался предложить ему кое-что получше этой хлипкой надежды.

- Неужели ты хочешь оставить его вот так?

- А вы предлагаете мне свободу в обмен на информацию? - На короткий момент ленивая расслабленность Джанго сменилась напряжением хищника, почуявшего добычу.

Мэйс подумал, что он мог бы заключить эту сделку. Дуку был важен - несоизмеримо более важен, чем этот охотник, что служит тем, кто больше платит. Но Совет не одобрит такую сделку. Только не после того, как Джанго угрожал жизни сенатора Наберрие.

- Нет.

Джанго вновь расслабился.

- И очень зря, джедай. А я уже был готов сообщить тебе то, что ты так хочешь узнать.

Гнев всколыхнулся в нем, и Мэйс напомнил себе, что должен быть спокойным. Он ведь и не ожидал, что будет легко, верно? Да, Джанго был не из тех, перед лицом кого можно было махнуть рукой и сказать: "Ты хочешь поделиться со мной информацией." Но Мэйс найдет другую возможность...

Интересно, если бы кто-то из них попал в руки сепаратистов, вдруг подумал он - они бы тоже использовали бы только разговоры, чтобы получить информацию?

- Мы можем гарантировать тебе, что позаботимся о твоем сыне. - Это он мог обещать. Оби- Ван говорил ему, что почувствовал это в Силе - настоящую привязанность между Джанго Феттом и его клоном. - Ему будет нужна помощь - и мы окажем ее.

На мгновение ему почти показалось, что это сработало. Что Джанго Фетт сейчас расколется перед ним, раскроется своей самой уязвимой стороной.

Этого не случилось. Охотник по-прежнему сидел, откинувшись на стуле - так, словно его не удерживал наручник, словно он сейчас мог встать и уйти.

- Какую помощь вы ему можете предложить? Сделать его таким же - как они все? - Пренебрежительный взгляд, обводящий клонов. - У вас не получится. Боба другой. И я скажу вот что - чем дальше от вас он находится, тем больше он в безопасности. Я не хочу, чтобы вы использовали моего сына так же, как остальных, сделали из него марионетку.

Несправедливость этих слов была словно пощечина. Как будто кто-то был виноват в том, что Республике пришлось использовать клонов, посылать их в бой, безупречно послушных - и придется делать это в дальнейшем. Как он смел, этот наемник! Он же сам согласился быть прототипом - получал за это деньги...

Сейчас Мэйсу действительно захотелось сломать Джанго. Захотелось - даже не только из-за Дуку, но ради того, что доказать самому себе: он может это сделать. Это непродуктивный путь, напомнил себе Мэйс. У него есть задание, и все дополнительные эмоции по этому поводу могут только помешать.

Он посмотрел на застывшие лица клонов. Никакого выражения. Словно оскорбление относилось не к ним. Интересно, что они чувствовали, когда их оскорблял человек, копией которого, по крайней мере, внешней, они являлись? Человек, оказавшийся на стороне врага?

- Мы продолжим этот разговор, Фетт.

Короткий взгляд суженных глаз в ответ - и кривая улыбка рта в засохшей крови.

- Буду ждать с нетерпением, джедай. Ты замечательный собеседник.

- Отведите его в камеру. - Это относилось к клонам.

Он смотрел, как с Джанго снимают наручники, поднимают на ноги. Клоны не были нарочно жестоки, и все же, когда один из них задел его руку, наемник вздрогнул. Джанго бросил взгляд на Мэйса, и Мэйс знал, что не-сказанное им тоже не ускользнуло от внимания наемника: Мэйс так и не отдал приказ оказать ему медицинскую помощь.

Впрочем, у них же была договоренность - которую Джанго не выполнил.

Мэйс почувствовал неловкость от своего собственного цинизма. До чего он дойдет, если дела пойдут вот так? До пыток? До убийства безоружного?

Но у него было задание, и он должен был его выполнить.

* * *

Только на несколько мгновений после того, как за ним задвинулась решетка и клоны ушли, Джанго Фетт разрешил себе почувствовать, как накатывает усталость. Опустившись на пол в углу своей крошечной камеры, опершись спиной о стену, он закрыл глаза. В висках пульсировала боль, напоминая о том выстреле, что сбил его с ног... шлем защитил голову, но несколько мгновений дезориентации стоили Джанго свободы. Правая рука тоже болела - как будто в нее вбивали штырь, от кончиков пальцев до плеча, и это было особенно скверно, учитывая, что руки на самом деле не было.

Джанго старался не думать о том, что с одной рукой уже никогда не будет прежним. Впрочем, сейчас делали замечательные механические протезы, он научится владеть таким, как своей рукой. Только для этого надо было выбраться отсюда.

Сколько лет он уже не оказывался в такой замечательной куче дерьма? Возможно, с самого времени своего рабства на Галидраане. Его жизнь была слишком удачной последние десять лет. Он расслабился. Почти что почувствовал себя неузявимым.

Нельзя было так.

И вот результат. Джанго не любил возвращаться к прошлому, не видел смысла в перебирании сделанных ошибок. Но на несколько мгновений он все же позволил себе вспомнить - испытать прилив раздражения против себя. Наверное, ему надо было устраниться из боя, когда этот джедай оказался лучше его - отрубив ему правую руку. Однако в тот момент Джанго не мог остановиться. Ярость и боль застилали ему глаза. Разве он не ненавидел джедаев больше, чем кого бы то ни было? Как он мог позволить одному из них одержать победу?

И еще... он знал, что Боба смотрит на него. Ему хотелось доказать, что даже с нанесенным увечьем, он может быть так же опасен - все еще оставаться Джанго Феттом.

Глупое тщеславие. Вот, где он закончил. А его сын - его сын остался там один, на Геонозисе. Джанго сжал кулак и, хотя знал, что бесполезный гнев ничем не поможет, едва сдержался, чтобы не врезать кулаком по стене.

Правильно, давай, изувечь себе и левую руку.

Его глаза открылись, сверкнув жестким, темным блеском. Надо было разыграть по-умному те карты, что у него были. Джедай глупец, если думает, что Джанго согласится на его условия. С той информацией, что у него есть, он может выторговать куда больше, чем шаткое обещание помочь Бобе. Именно поэтому Джанго решил, что обойдется пока без эм-ди и обезболивающих. Он продаст информацию за цену повыше. Джедай думает, что время работает на него... но Джанго видел, как сквозь сдержанность в Мэйсе Винду пробивается отчаяние. Желание немедленно найти и остановить Дуку. Во что бы то ни стало.

А значит, им обоим придется пойти на уступки - кое-чем пожертвовать. И если джедай думает, что *его* ставки высоки - то, что поставлено на карту для Джанго, гораздо важнее.

Его сын.

Я вернусь. Верь мне. Дождись меня.

Дождись, и все будет, как раньше - я найду для нас дом, найду место, где мы будем в безопасности.

Боба всегда расчитывал на него. И Джанго его не подведет.

* * *

- Сэр? Я думаю, вам нужно это видеть.

Мэйс проследовал за клоном к экрану.

- Это корабль, вышедший из гиперпространства, - проговорил клон. - Он не приближается к Геонозису. Такое впечатление, что он... наблюдает за нами.

- Идентификационный код?

- Он не отвечает на наши запросы, но в базе данных мы обнаружили... Это "Раб-1", сэр. Владелец - Джанго Фетт.

"Раб-1". Кто управлял им, когда его капитан находился в плену? Возможно, у Фетта были приспособления, чтобы управлять кораблем дистанционно - но только ведь его очень хорошо обыскали, чтобы застраховать себя от ненужных сюрпризов.

Кто-то из его подельников? На мгновение невероятная надежда захлестнула Мэйса - возможно, на "Рабе-1" был кто-то важный, кто-то хотел вступить с ними в контакт? Дуку!

Нет, конечно нет. Уже в следующую секунду Мэйс понял, в чем дело, угадал по слегка странному поведению корабля. Так могут управлять только неопытные руки.

Например, руки девятилетнего мальчишки.

Боба Фетт знал, где находится Джанго.

- Это его сын, - проговорил Мэйс. Показалось ему или нет, что глаза у клона слегка расширились от этих слов? - Хотел бы я выяснить, что он собирается делать.

- Я не знаю, сэр.

На самом деле, это был риторический вопрос, но Мэйс полагал, что ему следовало начать привыкать к некоторым особенностям умственного склада клонов.

Так что же Боба Фетт мог сделать? Атаковать? Выдвинуть ультиматум? Возможно, он просто хотел быть поближе к отцу - единственному человеку, который был у него в мире? Мэйс попытался вообразить это. Он сам не чувствовал особой близости к своей родной семье. Скорее уж, его семьей были Йода, другие члены Ордена... когда-то в эту семью входил и Дуку - тот самый, кого в минуту малодушия Мэйс не убил.

Недаром Орден отвергал привязанности. В них таилась слабость. И что бы ни руководило мальчишкой - какая-то нелепая надежда или желание узнать о судьбе отца - Мэйс собирался воспользоваться этим.

- Вше имя? - Он повернулся к одному из клонов, ближайшему к нему.

- KZ-1148, сэр.

- Приведите сюда заключенного. Немедленно!

Несколько минут спустя клоны втащили Джанго. Фетт выглядел еще хуже, чем в последний раз, когда Мэйс видел его. Наверное, с рукой было совсем плохо - скорее всего, рана воспалилась. Лазерный меч прижигал наносимые им повреждения, но при сопротивлении, которое Джанго оказал при захвате, обрубок задели, и не раз, что вряд ли пошло на пользу ране. На бинтах, обматывающих культю, пятен крови стало больше. На мгновение Мэйс почувствовал стыд за то, на что ему приходится идти ради информации. Но он ведь предложил сделку, и Джанго был сам виноват, что предпочел не согласиться на нее.

А теперь то, что Мэйс проявил твердость, только пойдет на пользу делу. Покажет Джанго, что Мэйс готов на многое ради информации.

- Ты видишь это, Фетт? Как ты думаешь, что это?

Мэйс увидел, как что-то мелькнуло во взгляде Джанго - короткой тенью, мандалорец едва выдал себя. Но для Мэйса это было громким, как крик. Для Мэйса было достаточно. Он нашел уязвимую точку.

- Это твой сын там, да?

"Раб-1" на экране болтался невдалеке от них - каплевидная форма, совсем небольшая в сравнении с махиной корабля Республики.

Виски Джанго блестели от пота. В выражении глаз было что-то дикое. Сейчас даже внешне он совершенно не был похож на чистых, дисциплинированных клонов, что держали его. Взгляд, который Джанго бросил на Мэйса, был полным ненависти - и в тоже время Мэйс с торжеством заметил, что это был взгляд, признающий поражение. Губы наемника были плотно сомкнуты - он не произнес ни слова. Но это был достаточный ответ.

- Он преследует нас. Он ведет себя агрессивно и не отвечает на наши запросы. - Это была правда - почти правда. - Ты знаешь о директивах военного времени, Фетт? Любой корабль, угрожающий кораблю Республики, может быть уничтожен...

Ему показалось, что один из клонов - стоящий справа от Фетта, совершенно такой же, как другие - издал короткий вздох. Но Мэйс не собирался думать об этом. Конечно, он лгал. Конечно, он никогда бы не уничтожил корабль с мальчишкой. Но зачем Фетту знать об этом? Для того, чтобы попасть в уязвимую точку, нужна твердая рука. Чтобы победить, нужна безжалостность.

- Активировать системы наведения.

Он не сомневался, что клоны послушаются - и они послушались, и Джанго попытался вырваться из их рук, но Мэйс знал, что это бесполезно. На экране "Раб-1" оказался обведенным рамкой прицела. Можно было видеть, что Боба, видимо, подозревая это, пытается переместить корабль - но у него это плохо получается. Все-таки достаточно хорошо для мальчишки девяти лет и без потенциала джедая, подумал Мэйс.

- Так что это будет, Фетт? Ты говорил, что человеку надо оставлять выбор. Вот твой выбор. Твоя абстрактная верность твоему нанимателю - или жизнь твоего сына? Подготовить лазерные пушки.

Ему не придется стрелять, Мэйс знал это. Взгляд, который бросил на него Джанго, был чистым ядом.

- Ну а как ты думаешь, что это может быть, джедай? Что ты там хочешь узнать?

Радость охватила Мэйса. Он сумел. Он сделал это. И какое имело значение, что наемник попытался отравить эту радость своей как будто само собой разумеющейся капитуляцией. Словно Мэйс использовал какое-то несоизмеримое оружие или по-крупному опозорился - и в одолжении, которое Джанго делал ему, была немалая доля презрения.

Да какая разница, что там думал Джанго! Он ведь не знал, насколько для Мэйса важен Дуку.

- Тебе придется ответить на несколько вопросов.

Казалось, Джанго не слышит его. Он стоял, выпрямившись - будто не замечал, что руки клонов по-прежнему держат его. Он смотрел на экран. Возможно, он думает, что видит своего сына так близко в последний раз, мелькнуло в голове у Мэйса. К чему его приговорят за все преступления - в том числе, за покушение на сенатора Наберрие? К заключению - вероятно, пожизненному...

- Я отвечу. Только когда вы уберете свои пушки от корабля моего сына.

- Я уберу, когда узнаю...

- Нет. Сейчас. - Голос Джанго прозвучал металлом, и Мэйс вдруг усомнился, а действительно ли ему удалось разрушить защиту охотника. - Я даю слово.

Мэйс Винду знал, что у охотников за головами есть свой собственный кодекс чести. И Джанго Фетт не нарушит его. На миг ему все же захотелось настоять на своем, одержать несомненную победу. Но он остановил себя. Не стоит увлекаться - все, что он делает, должно быть продиктовано необходимостью.

- Хорошо. Дезактивировать систему.

Наверное, было бы лучше, если бы им удалось захватить мальчишку. Что с ним будет - ему еще десяти нет - даже если у него вооруженный корабль, которым он худо-бедно способен управлять? Его можно было бы поместить под присмотр...

Но, как оказалось, выбора у Мэйса не было. Потому что "Раб-1" вдруг исчез с экрана, вновь уйдя в гиперпространство. Мэйс пожал плечами. Ну и что мальчишка хотел?

Впрочем, Боба Фетт сыграл свою роль в этом деле. Мэйс повернулся к Джанго.

- Тогда пойдем. Ты обещал мне ответы.

Наемник не солгал. В течение следующих двух часов он продолжал отвечать на вопросы Мэйса. Мэйс чувствовал, что Джанго фильтрует информацию - не сообщает все, что знает. Но он так же знал, что все это дело времени. Когда кто-то начинает говорить, то постепенно ему станет все труднее отсортировывать то, что можно сказать, от того, что нужно скрыть. Джанго расколется.

К концу этих двух часов наемник, при всей своей выносливости, выглядел так, словно он сейчас упадет в обморок. Глаза ввалились, окруженные тенями. Да и сам Мэйс, несмотря на переполнявшее его торжество, чувствовал, что должен отдохнуть. Должен сообщить Йоде то, что узнал.

Должен помедитировать.

Он не гордился тем, что произошло - теми средствами, которые ему пришлось применить. Но он знал, что это война - и ничто не может остаться таким же, как раньше. Все меняются - и он уже изменился. Он сделал это, чтобы сохранить множество жизней, которые спасет информация, имеющаяся у Джанго.

В паузе, что воцарилась между ними, охотник успел откинуть голову на спинку стула, закрыв глаза. Исчерченное шрамами лицо было измученным - и сейчас, с закрытыми глазами и расслабленный, Джанго Фетт даже не казался угрожающим. Только очень усталым и уже не очень молодым человеком - отказавшимся от чего-то очень важного.

Он отказался от своей, пусть призрачной, надежды на свободу ради сына, подумал Мэйс. Он повернулся к одному из клонов.

- Ваше имя?

- KZ-1148, сэр.

Кажется, Мэйс уже слышал именно это сочетание. Для джедая было совсем нетрудно запомнить комбинацию двух букв, четырех цифр, но что-то в душе Мэйса протестовало против запоминания. Он *не хотел* отличать одного клона от другого. Пусть лучше они все останутся для него безликими - как идентичные детали, необходимые для функционирования одной системы.

- Отведите заключенного в камеру. Да, и позаботьтесь о том, чтобы медицинский дроид оказал ему помощь.

- Есть, сэр.

Мэйс вышел до того, как клоны отвязали Джанго от стула, и направился к себе в каюту, мысленно составляя рапорт для Йоды.

* * *

- Это невозможно, просто невозможно работать в таких антисанитарных условиях! Я требую - вы слышите, требую - чтобы пациента препроводили в медицинский блок!

Эм-ди был такой же заполошливый и назойливый, как они все. Джанго лениво огрызнулся на него.

- Замолчи. Или хочешь получить каблуком по носу? - Что, естественно, вызвало еще более обильный словесный поток. Впрочем, дело свое эм-ди знал. Джанго вздрогнул, когда бинты наконец сняли с руки. Боль плеснула сквозь все тело - как кипятком. Потом легкий укол - и боль сменилась нечувствительностью.

- Какой ужас! Как можно было довести рану до такого состояния!

- Заткнись. Последний раз тебе говорю. Еще хоть звук - и ты пойдешь на запчасти.

Вот теперь это подействовало. Особенно когда Джанго ухватил здоровой рукой одну из конечностей дроида и жестоко вывернул ее.

Клон, стоящий с той стороны решетки, слегка переступил с ноги на ногу.

- KZ-1148? - Джанго вскинул на него глаза, вспомнив, как тот представился Винду.

- Да, - произнес клон. - Это мое имя.

- Надо было подсказать каминоанцам, чтобы они на вас этикетки наклеивали.

В лице клона ничего не изменилось - ни гнева, ни обиды, ни ответа на усмешку Джанго.

Темные глаза. Темные волосы. Вот таким Боба будет лет через десять. Свое собственное лицо в то время Джанго не помнил - не до зеркал было. Впрочем, он предполагал, что и Боба будет выглядеть все же несколько по-иному. У мальчишки порой было упрямое выражение лица, порой сердитое выражение, а еще бывало виноватое выражение или выражение полного восторга. И даже когда Боба старался выглядеть бесстрастно, темперамент из него все равно так и пер.

Его сын не будет живым роботом.

Джанго очень надеялся, что он увидит, каким станет Боба. Он не позволит им запереть себя в тюрьме. Чего бы ему это ни стоило, он выберется отсюда.

- Этот эм-ди напоминает мне дроида, что присматривал за моим сыном на Камино. Такой же суетливый. Зачем в них вставляют столько эмоциональных плат?

- Я не знаю, - произнес клон.

Конечно, ты не знаешь, подумал Джанго. На этот вопрос Боба бы уже выступил с десятком предположений и еще десятком вопросов. Что ж... пора было решать эту проблему. Мэйс Винду мог считать, что выкачал из него важную информацию, и надеяться на большее - но у Джанго были свои планы.

- Пациент, не двигайтесь! - возмущенно завопил эм-ди. Но Джанго уже встал, подошел к решетке.

Если ему придется убить этого клона - он это сделает. Он убьет стольких из них - со своим лицом, с будущим лицом Бобы - сколько понадобится. Он сбежит с этого корабля.

В темных глазах клона отразилось его собственное лицо с хищной усмешкой на губах.

- У меня есть сын, - произнес Джанго, - ты знаешь это, KZ? Он ждет меня. Ждет, что я вернусь.

Еще немного - и выломанный чип из панели эм-ди чиркнет острым краем по артерии этого клона. А потом, когда тело упадет, Джанго вытащит ключ и откроет камеру. Он посмотрел в глаза клона.

И внезапно увидел, как что-то мелькнуло в темных, расширенных зрачках.

- Да, - сказал клон, - я знаю. Он не такой, как мы. Я бы тоже хотел...

И в этот момент Джанго Фетт почувствовал, что, возможно, ему не придется убивать. Рука с заточенным чипом опустилась. Похоже, есть другой вариант.

- KZ... Кез. - Джанго знал, что имена у клонов получают только командиры, да и то не все. - Расскажи мне, Кез. Расскажи мне, какие вы. Какой ты.

* * *

Медитация принесла удоволетворение, как обычно приносила - хотя Мэйс и чувствовал, что Сила не спокойна. Но она не была спокойна с самого начала войны и, полагал Мэйс, не придет в равновесие еще долго - пока не вмешается некий решающий фактор.

И даже достигнутый результат не принес того чувства свершения, что Мэйс мог бы ожидать. Потому что... Мэйс не хотел признавать этого, но боялся, что так оно и есть: даже если им удастся найти графа Дуку благодаря инфомации, полученной от Джанго, все равно уже будет поздно. Он упустил возможность изменить ситуацию. И с этой виной Мэйсу придется жить. Он не остановил гражданскую войну, когда мог. Его колебание принесет смерть тысячам и тысячам.

Учитель Йода принял его доклад, не поднимая тяжелых век, покачивая головой.

- Хорошо справился ты. Всегда знал я, что доверить можно тебе.

От этих слов Мэйс наконец-то почувствовал краткий прилив гордости.

- За Дуку других пошлем мы, - продолжил Йода. - Ваш корабль пусть к Корусканту направляется. Много других полезных сведений Джанго Фетт может сообщить...

Что ж, это верно. Мэйс Винду привезет Фетта, и наемника ждет суд - а по дороге Мэйс выкачает из него всю дополнительную информацию, какую возможно.

Легкий шум привлек его внимание, заставил встать, подойти к двери. Клон перед ним вытянулся по стойке смирно.

Мэйс смерил его взглядом. Он только по наплечникам отличал командира от не-командиров. Но, кажется, вид у него был такой, словно он ожидал, что Мэйс узнает его. Или какой-то обеспокоенный вид? Похоже, это был тот, которому Мэйс поручил позаботиться о Джанго Фетте, KZ-как-то там.

- Ваш приказ выполнен. Я присмотрел за медицинским дроидом и заключенным.

- Отлично, - Мэйс кивнул. - Что он делает сейчас?

- Заключенный, сэр, или эм-ди?

- Фетт, конечно.

- Спит, сэр.

Очень хорошо. Пусть спит - вскоре Мэйсу придется снова заняться им.

- Кез... если увидите, что к кораблю снова приближается "Раб-1", немедленно захватите его. Это приказ.

- Есть, сэр.

Клон щелкнул каблуками и вышел. Что ж, Мэйс решил, это правильно: незачем кораблю наемника, да еще под управлением мальчишки, болтаться по галактике.

* * *

Он знал, как их будут использовать, когда соглашался стать прототипом для армии клонов. Это был просто бизнес, а для солдат естественно умирать по приказу. Эти солдаты - клоны - будут умирать за Республику, которая ничего не значит для них. Именно для того, чтобы обеспечить их послушание, каминоанцы внесли изменения в их генетическую структуру. И уничтожали на самых ранних стадиях любой брак - любого, кто проявлял даже намек на непокорность.

Кез, клон, стоял перед решеткой, отделяющей камеру Джанго, и держал в руках мандалорский доспех. И выражение его лица было - новым. Это был усталый взгляд, словно углубленный в себя, и Джанго с торжеством понял, что это изменение означает для него.

Очень легко, бесшумно он поднялся на ноги. Голова у него слегка кружилась, действие обезболивающего подходило к концу, но возбуждение качало адреналин в кровь.

- Я подумал о том, что ты сказал, - произнес клон. - Ты должен быть со своим сыном.

Джанго едва сдержал триумфальную усмешку. У него получилось! Он почувствовал, чутьем угадал это в Кезе: слабое место - клон, которого не выбраковали вовремя, ошибка каминоанцев - клон со склонностью к сентиментальности, клон, которому тоже хочется семью...

Который хочет быть особенным.

И Джанго воспользовался этой слабостью по полной программе, нащупал и ударил. Ему нужна была помощь. Он должен был вернуться к сыну - пока мальчишка не наделал еще глупостей. Только Джанго мог защитить его. А значит, Кез должен был сыграть на его стороне.

Ключ отомкнул дверь. Джанго улыбнулся, принимая доспехи из рук клона.

- Спасибо.

Он не задавал вопросов, просто следовал за Кезом к отсеку с аварийными шаттлами. Один из них был подготовлен для старта. Места в нем было немного, но два человека могли поместиться.

- Ты сделал правильный выбор, Кез. Здесь тебе делать нечего.

Клон улыбнулся - осторожной, нерешительной улыбкой - словно он еще не мог привыкнуть к этой мысли.

И он был прав, ему не стоило привыкать, подумал Джанго безжалостно.

- Вот только... Когда обнаружат, что шаттл покинул корабль, они сумеют вернуть его.

И в глазах клона осторожная, почти невыраженная надежда на то, что все возможно, все, о чем они говорили с Джанго, что Джанго обещал - сменилась пониманием. Ничего не будет. Не сбегут они вместе, не окажутся на "Рабе-1", не уйдут в гиперпространство. Не будет у него семьи - старшего брата и младшего брата. Для Кеза не начнется новая жизнь.

Джанго увидел, как что-то гаснет в глазах клона.

Он знал, что так будет. Он почти сочувствовал этому клону - которому хватило ума и независимости принять решение, выделившее его из толпы. Но у Джанго не было выбора.

- Впрочем, мы можем рискнуть.

Он увидел, как Кез качает головой.

- Слишком опасно. Ты должен лететь один. Я позабочусь обо всем.

В голосе не было радости - но не было и отчаяния, и Джанго увидел, как будто голографическое изображение прошло перед глазами, что именно с таким выражением скоро его клоны будут идти в неравный бой и умирать - а на их место будут посылать новых. И кто их будет жалеть, когда они не жалеют сами себя?

Но в этот момент ему не хотелось испытывать ни сарказма, ни презрения. Он вдруг подумал, что он мог бы стать их вождем - мог бы вновь создать армию мандалорцев - нет, не послушных и покорных, а безжалостных, отважных, не знающих сомнения воинов. Они могли бы вернуть славу имени мандалорцев.

Но не сейчас. Не с этим человеком. Кез заплатит за то, чтобы Джанго был свободен, чтобы у него было будущее.

Джанго поднял руку и сжал плечо клона.

- Я запомню это, - произнес он. - Я запомню тебя.

И надел свой шлем - и лицо клона сквозь транспаростил визора стало далеким и неважным. Джанго вошел в шаттл и увидел, как Кез нажимает на кнопку, опуская крышку. А потом огромная сила прижала его к стенке, выталкивая шаттл из корабля.

* * *

Мэйс знал, что что-то произошло, почувствовал это в волнении Силы еще до того, как клон вбежал в его каюту, слегка задыхаясь от волнения.

- Сэр... у нас чрезвычайная ситуация!

Чрезвычайная ситуация. Как всегда в такие моменты, Мэйс Винду был собран, по-ледяному спокоен. Их атаковали? Он не чувствовал этого в Силе. Но, как бы то ни было, даже не дотрагиваясь до рукояти, он ощущал, что его меч при нем. И пока он широкими шагами шел к рубке, торопящийся за ним клон докладывал, что произошло.

- Сэр, мы заметили, что аварийный шаттл покинул корабль, но пароль и код на вылет были введены, поэтому мы не стали стрелять. А потом он вошел и приказал нам покинуть рубку.

Кто? На мгновение Мэйс подумал, что это Джанго - каким-то образом выбрался из камеры и попытался захватить корабль. Только что он мог бы этим достичь? А потом, по непонимающему лицу клона - словно тот пытался разгадать загадку куда сложнее, чем что-либо, что он видел в жизни - Мэйс вдруг догадался.

У клонов были четкие указания, как действовать при попытке захвата корабля извне. Но что делать, если мятежником станет один из них?

Перед запертой дверью рубки были еще клоны, часть в шлемах, часть без. Мэйс скользнул глазами по их встревоженным лицам.

- Ломайте дверь, - приказал он. - Нет, я сам.

Все получилось очень легко - Сила никогда не подводила его. То, на что клонам потребовалось бы немало усилий, Мэйс сделал за какие-то доли секунды. Дверь распахнулась.

- Сэр.

Он увидел бластер, направленный ему в грудь - а затем лицо клона, с плотно сжатыми губами и потемнешими почти до черноты глазами. И хотя это лицо было полностью идентнично лицам тех клонов, что стояли позади Мэйса, что-то заставило его спросить:

- КZ-1148?

Он задал этот вопрос - и только потом, полу-мгновением позже, воспользовался Силой, чтобы выдернуть бластер из пальцев клона. Но, как оказалось, это не имело значения, потому что клон не собирался стрелять. И бластер он отпустил без сопротивления, словно и не хотел его держать.

- Кез, сэр, - произнес он очень тихо.

Позади него дымились обломки разрушенной панели управления, а на экране светящаяся точка аварийного шаттла по-прежнему удалялась от корабля. Шаттл направлялся не к Геонозису, а в открытый космос.

На что он надеется, мелькнуло в голове у Мэйса. На что они оба надеятся, Джанго и его сообщник? Еще было время догнать шаттл, втянуть его обратно - неужели Джанго был так глуп или так отчаялся, что не понимал этого? Да и куда он уйдет на неуправляемом шаттле в космосе - сколько он там продержится, вдали от торговых путей?

А этот... внезапное удивление, почти неверие захлестнуло Мэйса. Он уже привык к мысли, что клоны не подведут, что на них можно рассчитывать - могут рассчитывать они, джедаи, и вся Республика. Этот... оказался бракованным.

И почему Мэйс не почувствовал, не понял, что КZ-1148 - Кез - является уязвимой точкой?

Он ощутил холод этой мысли. Что с ним происходило... Да, он тоже менялся, как менялось все в этом мире - но переживет ли он это изменение? Где-то, что-то - он только не знал, что именно - нащупало и его слабую точку. И било в нее. Пока он держался, но когда-нибудь он тоже рассыпется.

- Взять его, - приказал он.

Кез не сопротивлялся, когда его собратья подошли к нему, заламывая руки за спину. Снова, уже в который раз, Мэйса пронзило сознание неестественности происходящего. Одинаковые лица... и у тех, кто верен, и у предателя.

Как оказалось возможным, что это произошло? Оби-Ван Кеноби и учитель Йода были уверены, что клоны безупречно послушны. И наверняка такими они и были. Этот - Кез - вероятно, был каким-то отклонением.

Мэйс пожелал всеми силами своей души, чтобы это был первый и последний клон, способный ослушаться приказа.

Он бросил на Кеза взгляд, полный отвращения. Даже собака иногда кусает руку хозяина. И такую собаку... да, уничтожают. Идет война. Сейчас нет места сентиментальности.

- С тобой разберутся, - произнес Мэйс. - Уведите его.

И сам сделал шаг к панели. Там все еще осталось достаточно неповрежденной аппаратуры, чтобы вернуть Джанго на корабль. Наемник не избегнет правосудия.

В этот момент Кез начал сопротивляться. Уперся ногами в пол, пытаясь вырваться - словно пытаясь задержаться в рубке, как-то помешать Мэйсу. Мэйс только на мгновение отвел взгляд от экрана, чтобы одарить Кеза презрительным взглядом - а когда снова посмотрел туда, то возле светящейся точки шаттла из гиперпространства выплывала знакомая, похожая на каплю форма корабля.

"Раб-1"! Каким образом Боба узнал, что его отец бежал? Возможно, Кез передал координаты на корабль. Или у Джанго с сыном была договоренность, и именно для этого "Раб-1" появлялся возле корабля в предыдущий раз, рискуя быть уничтоженным.

А сейчас "Раб-1" принял шаттл.

Еще не поздно, мелькнуло в голове у Мэйса, они еще достаточно близко, их еще можно захватить... или уничтожить. Что он должен сделать? Он вдруг понял, что не знает, в чем состоит его долг. Наказать Джанго Фетта было важно. Но ведь там, на корабле, был мальчишка - да, всего лишь клон, но все-таки ребенок.

Неужели ему следует осуществить правосудие?

Мэйс повернулся; клоны стояли у двери, по-прежнему держа Кеза. Он единственный, чье имя я знаю здесь, мелькнуло у Мэйса в голове. Но какое это имеет значение, Мэйс не хотел знать их имен. Сколько времени пройдет прежде, чем он поведет их в бой, и они погибнут, и другие безымянные займут их место?

На их лицах было одинаковое выражение готовности. Если он отдаст приказ, они уничтожат "Раб-1" и тех, кто на борту, и ни на мгновение не усомнятся. Или усомнятся, но не покажут?

Кез разительно отличался от них в этот момент - с его темными глазами, полными грусти и почти страстного томления, с которым он следил за экраном, где "Раб-1", разгоняясь, готовился уйти в гиперпространство. Словно он отдал бы все, чтобы быть сейчас там, на этом корабле.

И Мэйс не удержался, дал крошечный выход своему раздражению, своему гневу из-за предательства.

- Почему же ты не отправился вместе с ним? В шаттле поместились бы двое. Что, он воспользовался тобой и оставил тебя заметать следы?

Он не мог не признать, со стыдом, что где-то в душе хотел бы увидеть, как боль мелькнет на лице клона. Кез встретил его взгляд - странно спокойно, словно слова Мэйса, напротив, дали ему какую-то основу для самообладания.

- Он предлагал, - произнес клон. - Он сказал, что я могу пойти с ним. Я отказался. Я должен был дать ему уйти.

Ну и глупец. Мэйс отвернулся от него - к экрану, на котором больше ничего не было. Что ж, магистр Винду, ты загубил эту операцию. Так же, как ты облажался в ситуации с Дуку. И какие последствия будет иметь эта ошибка - кто знает.

Но Мэйс поклялся себе - в надежде, что клятва поможет ему удержаться от падения в глубины отчаяния - что больше он ошибок не допустит. Ни ошибок, ни слабостей, ни колебаний. И если от него хоть сколько-нибудь зависит, чтобы склонить равновесие в мире в пользу Света - он это сделает.

* * *

- Ты обязательно решил меня опрокинуть? Ну все, все, я понял. Пока меня не было, моего мальчика подменили на дикаря-вуки.

Смешок, и швырканье носа, и мокрое лицо Бобы по-прежнему прижималось к его груди. Джанго больше не пытался его отстранить, знал, что тот стесняется своих слез, и давал ему возможность прийти в себя, подождать, пока слезы высохнут. Горячие тонкие руки были сцеплены вокруг его груди - тесным, жарким, отчаянным кольцом.

Джанго вздохнул и запустил пальцы левой руки в спутанные мягкие волосы сына. Был момент, там, в плену, когда он думал, что никогда больше не сможет это сделать. Боба поднял на него глаза, обеспокоенный этим вздохом.

- Тебе больно, да?

Глаза и нос у него были припухшие и покрасневшие, реснички мокрые - но лицо светилось, несмотря беспокойство.

- Нет, конечно, нет. Я просто... рад быть дома.

Он позаботится обо всем чуть позже - и о своей руке, и о том, чтобы принять необходимые лекарства, и наконец вымоется и переоденется в чистое.

- Ты молодец, - сказал Джанго. - Сделал все, как мы договоривались. Очень точно вывел корабль из гиперпространства.

Так близко, что на мгновение Джанго показалось, что это конец - сейчас его шаттл разнесет на части. Но все обошлось, и необязательно было говорить Бобе об этом. Он увидел, как лицо Бобы вспыхнуло от удовольствия.

- Я старался, пап. - И ткнулся лбом в грудь Джанго. Джанго снова провел рукой по его волосам.

- Последишь еще за приборами, пока я переоденусь?

Стоило ли спрашивать? Боба воссиял еще больше и торопливо устроился возле панели управления. Джанго усмехнулся, направляясь во вспомогательный отсек.

"Раб-1" двигался в гиперпространстве, за много парсеков от кораблей джедаев, от магистра Винду с его глазами цвета выжженной земли. За много парсеков от корабля, на котором Кез, помогший Джанго сбежать, наверное, сейчас платил за свой выбор.

Что ж, клон сам так решил, напомнил себе Джанго. Значит, он посчитал это правильным. Джанго всегда верил в это - что ни один выбор не случаен. Значит, с этим выбором этот клон был счастливее, чем с той жизнью, что для них всех выбрала Республика.

Впрочем, если уж быть совершенно честным, то это был основной закон успешного управления людьми - чтобы они делали то, что ты хочешь, потому что сами этого хотят.

- Папа... - Боба окликнул его, странно упавшим голосом, словно вдруг вспомнил что-то. Джанго оглянулся. Боба сидел возле панели управления, нахохлившись, как птенец. На лице у него были написаны испуг и надежда. - Ты ведь никогда больше не позволишь им захватить тебя, правда, пап?

И Джанго подумал, что он должен пообещать это. И сделать все, чтобы выполнить обещание. Плевать ему на войну, плевать на планы джедаев и сепаратистов. Он чуть не потерял сына - чуть не оставил Бобу одного. Еще раз он этого не допустит.

- Больше никогда, - произнес он. И увидел, как Боба вздыхает с облегчением. - У нас все будет хорошо. Теперь у нас начнется новая жизнь. Мы найдем безопасное место.

Пусть даже это будет последнее безопасное место в галактике.

КОНЕЦ

[+] Back