Juxian Tang's Fiction in Russian
 
Главная страница
Слэш
Яой и оригиналы
[+] Галерея
[+] Дневник
[+] E-mail Juxian
Слэш
Название: На пороге
Автор: Juxian Tang
Фандом: Ночной дозор
Пэйринг: Антон/Костя
Рейтинг: R
Дисклеймер: Все принадлежит Лукьяненко и film-maker'ам, ничего мне.
Author's note: "Дозоры" я читала, но в данном фике игнорирую их в пользу кино. Представим себе, что ничего, кроме того, что в фильме, не происходило.
Саммари: В подъезде между двумя дверями Светлый Иной встретил Темного...

Фик написан на день рождения для IraA

НА ПОРОГЕ

В подъезде между двумя дверями Светлый Иной встретил Темного. Светлому магу было холодно - так, словно его сердце остановилось и казалось, что весь жар сосредоточен в пульсирующей боли у него в руке, под грязной, мокрой повязкой. А весь мир сосредоточен в одной замораживающей, чудовищной мысли. Он потерял сына.

А Темный выглядел, как любой молодой бездельник, отдаленная музычка из наушников, и прикольная куртка со множеством молний.

Они наткнулись друг на друга в полутьме, единственная лампочка на сорок ватт - и та мигала, дергаясь перегорающей спиралью.

Темный снял солнечные очки и сощурился на Светлого.

- Что, смена закончилась? Кого-нибудь еще убил?

Глупый Темный, не заметивший, какие пустые глаза у Светлого.

- Дай пройти. - Голос звучал хрипло - как будто у Светлого было сорвано горло.

- Домой торопишься? Спать пора? Ну да, убивать тяжеловато будет.

Глупый, молодой, с блестящими глазами, с обидой в голосе - все пытался уязвить побольнее, добраться до слабого места. Когда и так все болело.

Не нарывался бы. Но Темный не понял, все не пропускал, перегородив дверь. Не чувствовал, что пора отступить.

- Дай пройти.

Тот даже не слушал.

- А девушка твоя где? Тоже тебя бросила?

Тоже? Слово впилось под кожу крючком. Тоже... Врете, никто его не бросал, просто - так получилось. Ира-Ирина, близорукий взгляд и лицо удивленной девочки-младшеклассницы. Фотография, которую он увидел сегодня. Ребенок. Тот самый, которого он пытался отнять у нее.

Сегодня Антон его потерял.

Из-за Завулона. Темного. Такого же, как этот.

- На другого тебя променяла?

- Дай пройти!

И все, и Светлый перестал даже пытаться себя контролировать. Зачем? Зачем быть вменяемым - что это изменит? Когда так хорошо дать себе волю - схватить, сжать руки на кожаной куртке - боль прошила ладонь горячей молнией, но ничего, Антону это даже понравилось. И швырнуть его, Темного, об стену, снова, снова - пока не почувствуешь, как обмякает его тело, становится странно податливым. Глаза Кости он видел близко-близко - потемневшие, расширенные, теряющие фокус. Но даже этого было слишком мало. Темный, Темный - как Завулон - тому Антон ничего не сделал, тот ушел, а этот здесь...

Что он делает? Убить его хочет?

Мысль отрезвила на мгновение. Вспомнились выплюнутые компьютером слова. "Способен на убийство". А он даже про себя такое не знал. Конечно, вампира так легко не убьешь, но остановиться стоит. Так он и стоял - только держал, внезапно осознав, что прижимает Костю к стене. И сам к нему почти прижался. Осознал - увидел по-настоящему, как в первый раз: золотисто-карие удивленные глаза. И девчачьи ресницы. И полураскрытые - буковкой "о" - губы.

И понял, что в ответ нет ничего - ни сопротивления, ни ответного толчка.

- Антон... да ты чего?

Голос тоже был удивленный - лишь чуть испуганный - и что-то еще в нем было, что говорило, Антон это понял вдруг и без сомнений - "можно".

И Светлый поцеловал его, в губы - почувствовал соленость крови, и мягкую податливость рта, и острый край резцов, когда язык скользнул внутрь... и как давно у него никого не было... как давно не было *так*. Что же он делает, это же парень... это Костя, его сосед.

Но он теплый... а Антону так холодно.

И вдруг ему ответили - рот накрыл его рот, и руки сплелись на затылке, притягивая ближе - не нежные, не женские руки, с твердыми подушечками пальцев. Антон рванулся вперед, чтобы еще сильнее вдавить его в стену, прижать еще теснее, стать еще ближе. Ближе невозможно было, но он хотел еще.

И чувствовал, как член стоит против члена, одинаково твердые. И Костя - жадными, быстрыми руками дергал за ворот. И целовал.

От этого просто башню рвало.

От чего - от Кости, мальчишки? Ведь Антон его совсем пацаном знал, как же так могло быть? Но было. И Костя был совсем не таким, к какому он привык, и на губах была соленая кровь - и сил не было остановиться, хоть Антон и понимал все.

Но хотелось прижимать еще ближе. И хотелось сделать больно... и хорошо.

Светлый замер. Всего было слишком. Слишком сильно, слишком много - и сердце слишком быстро билось, так, что сейчас проломит ребра и окажется снаружи, горячим комком. Что он делает... Остановиться бы.

Но он не мог. Если это не нормально - ну и пусть. А что в этой ночи было нормального?

- Антон, подожди. - Шепот, быстрый, горячий, коснулся его губ. - Черт, не здесь же, пойдем ко мне.

К нему. К Косте. Ну конечно. Антон всегда к нему приходил - когда помощь нужна была.

Ах, глупый Темный. Не так все понял.

Никаких "к нему". Разве можно? Ему надо было сейчас. И здесь. Иначе... иначе он просто умрет, у него все внутри разорвется.

Егор...

Нет, не думать об этом, Антон Городецкий, не думать. Думай о другом.

Неожиданная мысль пришла на помощь. Как же с ним это делать-то? В подъезде. Он ведь не девушка. С Иркой они это делали. Иногда они просто гуляли вместе, а потом накатывало - и они вбегали в подъезд, смеялись, и это было легко, весело, рискованно и еще больше возбуждало - хоть и квартира была.

Сейчас все было по-другому. И Антон знал, что умрет, если сейчас не получит это. Нужно ему было. Как кровь - нужно сейчас. Пусть потом будет плохо, пусть тошнит, пусть ненавидит себя. Но сейчас он должен был это получить.

В рот если? Нет, в рот нельзя, ведь вампир же. И Антон инстинктивно повернул его, за узкие бедра, дернул ремень, прижимаясь лицом к затылку.

Затылок был теплый, коротенькие пряди волос под бейсболкой - и какой-то такой уязвимый, что на мгновение Антону вдруг перестало хотеться. А захотелось просто стоять и дать волю слезам, и рассказать все.

Да, рассказать, и пойти домой вместе, и пить, и разговаривать, пока боль не отпустит.

Но нельзя. И Костя уже взял его руку и тянет к своей ширинке.

Он никогда раньше с другим мужчиной... Это было не так просто - и не все сразу получилось. Но Костя уж точно хотел этого не меньше, чем он - поэтому терпел.

А потом все было так, как нужно - восхитительно тесно и жарко. И острые лопатки ходили против его груди - как крылья. И дыхание было сорванным, задыхающимся - в унисон. И Антон прижимал его к стене, еще крепче...

Сорвал зубами перчатку - рука интуитивно нашла член, заскользила вверх-вниз, в знакомом, привычном ритме. И это было правильно. Это работало. Вихрь захватывал, затягивал, безумно-яростный, и в нем почти растворялось все то, что Антон хотел бы забыть.

Но нет, он не должен забывать.

Воронка. Меч из тела Завулона. Глаза Егора...

Что же он сделал... превратил свою жизнь в непрерывное покаяние за совершенную ошибку - ни минуты радости, ни минуты отдыха. Самопроклятие, как Светлана себя... А что это изменило?

Он не видел, как Егор вырос. И не увидит. Каким они его сделают?

Нельзя забывать.

Костя... Костя тоже был мальчишкой - смешным, вечно торчал на лестничной клетке, курил и дергался под музыку из наушников. Костя. Глупый. Доверчивый. Горячий. Так близко.

Но он - Темный. Темный.

А кажется, все могло бы быть так легко. Так легко представить себе, что в какой-то момент он может проснуться не один. А золотистые, как рыбки, глаза будут смотреть на него с соседней подушки. Костя обопрется на локоть - и Антон будет чувствовать его рядом, сонного и теплого. И они вместе будут валиться на кровать, утягивая друг у друга подушку. А потом завтракать, сталкиваясь руками у пакета молока.

Антон будет смотреть, как Костя сидит на краешке стола, болтая ногами под мелодию в наушинках.

Разве это невозможно? Это же так просто... просто жизнь.

Ага. И ходить в гости к соседу - который тогда будет почти родственник. И притворяться, что не обращаешь внимание на косые взгляды на работе. И выслушивать в очередной раз намеки о том, что дружба с Темными Иными - рискованное дело, можно их использовать, но дружить...

Только все это не имело бы значения. Потому что он был бы - не один.

И даже лицензия. Когда придет время и Костя ее затребует, как он и сказал... можно будет найти выход. Все может быть по-другому.

И вот эта-то мысль и пугала больше всего. По-другому. Хотел ли он этого?

Что-то словно взорвалось в нем, а тело вздрогнуло, прижимаясь к другому еще теснее - и Костя тоже задрожал, кончая под его рукой - и ничего больше не было, кроме этого сметающего чувства. Только облегчение. Ни раскания, ни злости, ни глупых фантазий. Все вышло из него - выплеснулось.

Одна пустота осталась.

Они стояли и дышали - не в ритм. И Антон почти прижимался губами к стриженному затылку Кости. И их тела были соединены.

Потом он вышел. Темный немного дернулся от боли. Ну ничего, вампир ведь. Руки плохо слушались, но Антон справился, застегнул штаны. Посмотрел на свою ладонь - удивленно, словно не вполне мог поверить, что именно он только что этой рукой делал.

Костя повернулся - тоже застегиваясь. Улыбнулся. Улыбка была блуждающая, блаженная - Костя еще весь был *там*, в том, что они делали, в ощущениях и послевкусии. Антону было стыдно.

Глупый Темный. Смотрел на Антона, хотел что-то сказать.

Не нужно говорить.

- Ты это... ты ведь шел куда-то? - перебил его на полуслове.

И золотистые глаза совершенно по-детски распахнулись. Костя кивнул удивленно, ожидающе.

- Ну так иди.

Холодно сказал. Спокойно. Так, как и надо с Темным.

И удивление сменилось пониманием. Взгляд сразу стал старше, глаза сузились. Вот и хорошо.

- Ну и сволочь же ты, Антон.

- Я сволочь. - Слова получились раздельно, отчетливо. - Я сволочь. А ты нелюдь. Таких, как ты, надо уничтожать.

Темный отшатнулся - как от удара. Нижняя губа чуть дрогнула - Антон вспомнил, как целовал этот рот, такой мягкий... рот вампира. Смотрел, как Костя сжимал кулаки - но так и не ударил, пошел к двери. Дверь хлопнула с силой - и дальше, шаги на пустой улице, быстрые, уходящие. Тишина.

Светлый Иной соскользнул по стене на пол и сел, скрестив руки. Повязка на правой намокала кровью. Вот и все закончилось. И правильно. Не будет утренних совместных пробуждений и завтраков на захламленной кухне. Не будут они вместе слушать Depeche Mode. Не будет он не один.

Он все сделал так, как нужно. Темный это заслужил.

И он тоже - заслужил.

КОНЕЦ

[+] Back