Название: Все, что ты хочешь (Your Wish is My Command)
Автор: Juxian Tang
Бета: Juxian Tang
Разрешение автора на перевод: получено
Рейтинг: NC-17
Категория: слеш
Пейринг: Гарри/Снейп
Предупреждение: BDSM.
Краткое содержание: Гарри после возвращения в Хогвартс находит себе "раба".

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


ВСЕ, ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ

Гарри захлопывает дверь, как будто за ним кто-то гонится - впрочем, он и в самом деле чувствует себя затравленным зверем. Ему кажется, что шум и запахи вечеринки его преследуют, и он все еще боится, что в последнюю секунду кто-нибудь схватит его за руку, в который раз за сегодня, и станет трясти его ладонь, прося о помощи или услуге.

- Ненавижу, - говорит он. - Если бы я знал, что после убийства этого козла мне придется торчать на всех этих дурацких приемах, я бы передумал его убивать.

Ответа нет, комнаты пустые и холодные, полки заставлены сотнями книг и знакомыми банками с аккуратными, подписанными от руки этикетками. Узкая полоска света выбивается из-под двери ванной, журчит вода, и Гарри улыбается с облегчением.

Он не стучит, просто открывает дверь и заходит.

- Поттер.

- Да. Это я. Ты рад?

Снейп вовсе не выглядит обрадованным - он стоит под душем, голый, угрюмый и худой, и струи воды стекают по его телу. А Гарри чувствует, как исчезает усталость, сползает с него вместе с официальной мантией.

- Тяжелый был день? - спрашивает он.

Он видит, как напряжены плечи Снейпа, и какими темными кажутся его глаза - темнее, чем обычно. Снейп подставляет лицо потоку воды из душа.

- Да, - говорит он резким и насмешливым голосом. - А у тебя?

"Я сделаю его лучше", - думает Гарри и отвечает:

- Просто кошмар какой-то.

- Ну да, так трудно быть знаменитым.

- Тебе ли не знать, - огрызается Гарри.

Снейп усмехается.

- А вот и не знаю. У меня совсем другая слава.

- Зачем ты читаешь все эти газеты? - спрашивает Гарри в сотый раз. Прошло два года с тех пор, как Дамблдор свидетельствовал в его защиту, но до сих пор находятся журналисты, задающиеся вопросом, а на чьей стороне был Снейп на самом деле.

- Тебя это не касается, - отвечает Снейп. - И если ты думаешь, что можешь мне указывать...

Гарри улыбается. Они оба знают правду.

- Если тебе нравится нервничать по этому поводу, то на здоровье, - говорит Гарри.

Он стоит перед ванной, глядя на воду, струящуюся по телу Снейпа, и представляет себе, какой гладкой казалась бы эта кожа под его ладонями. Ему хочется убрать мокрые, длинные пряди волос, липнущие к лицу Снейпа.

- Ты их подрежешь для меня? - спрашивает он.

- Что?

- Твои волосы. Они посеклись на концах.

- Нет. - Снейп выглядит оскорбленным. Он отбрасывает волосы с лица, и Гарри любит этот жест. Сказать по правде, он и не хочет их подстригать.

- Это не вопрос, Северус, - тихо произносит он. Ну, строго говоря, это все-таки был вопрос, и в другое время Снейп бы именно так и ответил. Но сейчас в голосе Гарри звучит металл, и Снейп это слышит. - Тебе ясно?

Он пристально смотрит на Снейпа. На мгновение на лице Снейпа появляется сердитое выражение, обычно сопровождаемое словами: "За кого ты себя принимаешь, Поттер?"

Но Снейп этого не говорит - не сейчас.

Гарри никогда не надоедает смотреть, как меняется холодный взгляд Снейпа, и в его глазах появляется это отрешенное, мечтательное, неожиданно открытое выражение. И голос Снейпа смягчается, когда он отвечает, не глядя на Гарри.

- Да. - Уже никаких "Поттеров". - Да. Я понимаю.

Кровь бросается Гарри в лицо. Сколько раз бы это ни происходило, для него это всегда как впервые... и он никогда не бывает уверен, что в очередной раз это сработает. Видеть Снейпа таким - уступающим, желающим уступить, ждущим приказа - к этому невозможно привыкнуть. Хотя Гарри и знает, что именно это и нужно Снейпу.

Он знает это с той ночи на Гриммаулд-Плейс, после шестого курса, когда они со Снейпом сцепились, и некому было их разнять. Они орали - вернее, Гарри орал, а слова Снейпа жгли, как огнем, и были еще более жестокими, чем обычно. Был момент, когда Гарри на полном серьезе собирался ударить Снейпа, и даже угроза исключения его не пугала, а Снейп, наверное, это почувствовал, потому что вдруг изменился в лице и попятился, и его глаза странно сверкнули.

И когда Гарри крикнул: "Что вам от меня надо?", Снейп сильно побледнел, словно случилось что-то ужасное, и прошептал:

- Чтобы ты заставил меня подчиниться.

Позже Гарри услышал, как Хмури что-то говорил о веритасеруме и о том, что все еще не доверяет Снейпу, и понял, что Снейп все бы отдал, лишь бы этого признания не было.

Но было уже поздно.

Впрочем, Гарри не знал, что ему делать с этим признанием. Оно застряло в его памяти, как заноза, и он никому не рассказывал о нем, даже Рону с Гермионой, хотя Снейп явно ждал, что он разболтает, и глядел на него полными ненависти глазами, и придирался к Гарри в два раза сильнее, хотя умнее всего было бы попытаться заплатить за молчание.

Гарри не знал, что делать с этим признанием и тогда, когда из-за его безрассудства Снейп оказался перед выбором - или спасти Гарри, или продолжить играть роль шпиона. В результате Вольдеморт все узнал, и ауроры вытащили Снейпа в последнюю секунду. Его мантия была вся в крови, и глаза вылезали из орбит, когда он корчился от последствий Круциатуса, но он сжимал зубы и упрямо молчал.

Гарри ненавидел свое чувство вины перед Снейпом - как будто мало ему Седрика с Сириусом. Но ненавидеть Снейпа он уже не мог.

Только еще через два года, вернувшись в Хогвартс преподавателем, Гарри понял, что ему делать с этой уже-не-ненавистью. И он не забывал о том признании ни на секунду.

"Я знаю, чего ты хочешь", - думал он, хотя и не был уверен, правильно ли он понял Снейпа. Но раз уж вытянуть из Снейпа правду было практически невозможно, пришлось обходиться тем, что есть.

Сначала было непросто. Да и сейчас тоже. Каждый раз, когда Снейп колебался, словно не зная, действительно ли он этого хочет, или достоин ли Гарри того, чтобы ему подчиниться, Гарри казалось, что этим все и закончится, что сейчас его разоблачат, как какого-нибудь самозванца, и выгонят вон.

Но на этот раз Снейп соглашается, и дыхание Гарри ускоряется, он щурится, обдумывая следующий шаг.

"Я буду таким, как ты хочешь, - думает он. - Я заставлю тебя подчиниться".

- Вылезай. - В его голосе холод, но внутри у него все горит, и он видит реакцию Снейпа - ее же не скроешь, и вид его восставшего члена прекрасен в своей непристойности.

Снейп вылезает из ванны и даже не пытается взять халат. Гарри видит, что его зубы стучат, и что плечи слишком напряжены, но член стоит, и Гарри доверяет этому больше, чем чему бы то ни было.

- Иди в комнату.

Здесь холодно, но Снейп стоит неподвижно, опустив взгляд, и вода капает с него на пол.

- Думаешь, ты имеешь право мне перечить?

Есть в его лице что-то такое, чего Гарри не видел раньше, и это так непохоже на обычного Снейпа, что у Гарри кружится голова. Интересно, видел ли кто-нибудь Снейпа таким - таким уязвимым, таким робким, таким... мягким.

- Нет.

Отвечая, Снейп низко опускает голову. Он не называет Гарри никак; Гарри знает, что некоторые пользуются такими словами, как "сэр" или "хозяин", но он не может представить себе Снейпа, говорящего нечто подобное... да Снейп скорее язык себе откусит. Но слова в любом случае не значат ничего.

Он стоит, застыв в ожидании, обнаженный, и Гарри смотрит на его напряженный член и дрожащее тело. "Это совсем не то, - думает Гарри, - что подчиняться Вольдеморту или Дамблдору... и не только потому, что это связано с сексом. Но еще и потому, что мы можем остановиться в любой момент". Наверное, Снейп думал, что Гарри не замечает, но Гарри видел, что во время первых встреч Снейп всегда держал палочку под рукой. Теперь он этого уже не делает, и Гарри это тоже заметил.

Он может приказать Снейпу повернуться и положить руки на край стола. А потом возьмет ремень и... Снейп будет вздрагивать и кусать губы под ударами, но его член останется твердым. По этому признаку Гарри судит о том, все ли он делает правильно, ведь у них нет условной фразы, как у остальных. Потому что Снейп не хочет говорить на эту тему и скорее вообще перестанет разговаривать с Гарри, чем согласится это обсуждать... Ну не поить же его ради этого веритасерумом, правда?

Одетый и не возбужденный, Снейп обращается к Гарри с таким высокомерием, словно Гарри еще ребенок или его студент - он всегда ведет себя так на людях, и частенько даже наедине, в своих комнатах или в комнатах Гарри.

Но когда он возбужденный и голый, и вспыхивает от каждого слова Гарри, от каждого приказа, каждого прикосновения... Гарри кажется, что именно в эти мгновения он видит настоящего Снейпа.

Гарри помнит ошейник, который заставил его носить - тонкий серебряный обруч, и мысль о том, что Снейп носил его целый день под высоким воротником своей мантии, сводила его с ума. Он помнит, как пришел к Снейпу на перемене, чуть ли не на глазах у студентов, и погладил теплый металл под длинными волосами, а Снейп вздрогнул и прижался к его ладони.

Он помнит, как прошептал ему за обедом: "В лесу в три часа", а Снейп не ухмыльнулся, как обычно ухмылялся в ответ на почти все его высказывания, и в его глазах появился этот шальной, безрассудный блеск. "Я буду трахать тебя при свете дня под деревьями, - думает Гарри, - я оттрахаю тебя под каждым деревом, я буду трахать тебя везде, в классах, на поле для квиддича во время каникул, под трибунами, на трибунах... А Хагрид, кажется, что-то заметил тогда, в раздевалке..."

И еще он помнит, как засунул в него фаллоимитатор и приказал носить весь день. Гарри боялся, что Снейп откажется, что это уже перебор, и что этим все и закончится. Но Снейп согласился, и Гарри полдня ходил с эрекцией, думая об этом.

А когда после уроков он вытащил эту штуковину и вошел в растянутое отверстие, член Снейпа был твердым, как камень, и, кажется, тогда впервые Снейп издал этот звук - полувскрик, полустон, когда Гарри входил в него.

Гарри хочет услышать сейчас этот звук, хочет прикоснуться к нему, ощутить жар его кожи, взять в руку его шелковистый член.

И это безумное желание наводит Гарри на мысль.

- Северус.

Есть что-то дурманящее во взгляде этих черных глаз, лишенном ненависти или насмешки.

- Ласкай себя.

Бровь слегка изгибается, с вызовом, словно Снейп собирается возразить, но не возражает.

- Ты слышал меня, Северус. Сделай это. Покажи, как ты себя гладишь, я никогда еще этого не видел.

И Снейп судорожно сглатывает, а затем кивает, и волосы падают ему на глаза.

"Он подчиняется, потому что хочет подчиниться", - думает Гарри, и это такое невероятное, восхитительное чувство - ощущение власти, знакомое им обоим, отражающееся, словно эхо, привязывающее их друг к другу.

Снейп прислоняется к столу. Он высокий, худой и нескладный, но когда его длинные пальцы прикасаются к груди, Гарри еле сдерживает стон. Кровь стучит у него в висках, и ему кажется, что он никогда еще не был так возбужден.

Кожа Снейпа молочно-белая, а кончики его пальцев в пятнах от зелий, и так странно видеть, как эти пальцы скользят по груди и животу - как будто к нему прикасается кто-то другой, как будто это чужие пальцы теребят и щиплют соски, и Гарри хочет, чтобы это были его руки. Глаза Снейпа за пеленой волос кажутся темными и сосредоточенными, на Гарри он не смотрит, но все что Снейп делает, он делает только для Гарри, и Гарри знает об этом, и это помогает ему держать себя в руках и смотреть, не вмешиваясь.

Снейп облизывает пальцы, и Гарри хочет сцеловать капли слюны с его кожи. Иногда он сам не знает, кто же из них подчиняется  - ведь это ему приходится сдерживать себя во время их игры. Но в конце, в самом конце, он свое получит.

- Дальше, - говорит он. Снейп продолжает. Он делает то, что ему велят - подчиняется, и его руки опускаются ниже, к яичкам, и Гарри чувствует, что вот-вот взорвется, он хочет этого, хочет прикосновений, поцелуев, хочет разрядки.

- Подрочи для меня, - говорит он, и его голос хриплый и срывающийся.

Пальцы Снейпа смыкаются на члене, и Гарри бросает в дрожь - как будто это его член.

- Сделай это для меня, - говорит он, и Снейп отвечает тихим и хриплым голосом:

- Да. Для тебя.

Он плюет в ладонь, и от этого вульгарного жеста у Гарри перехватывает дыхание, а затем его рука вновь опускается к члену, грубо, почти жестоко трет и дергает, а вторая рука сжимает соски, тоже без намека на нежность. Лицо Снейпа горит, он полностью сосредоточен, губа прикушена, а смоченный слюной член скользит в ладони. Он вот-вот кончит, - Гарри знает это, он и сам близок к оргазму, но недостаточно близок, и больше терпеть нету сил.

- Хватит, - говорит он.

Снейп замирает, как от удара плетью. Он невольно шипит, но подчиняется. Его бьет дрожь, но Гарри знает, что, возможно, он получает больше удовольствия от подчинения приказу, чем получил бы, если бы продолжил ласкать себя.

- Попросишь меня? - спрашивает Гарри. Они оба слишком возбуждены, чтобы продолжить игру. В низком голосе Снейпа звучит дрожь возбуждения, когда он отвечает:

- Пожалуйста. Пожалуйста.

"Все, что ты хочешь", думает Гарри. А в следующее мгновение мысль исчезает, и он шагает вперед, и все это так просто и легко, и так хорошо, что Снейп голый, а молния Гарри расстегнута, и его член торчит наружу.

Гарри ждал этого так долго, и он буквально врезается в Снейпа, а затем опрокидывает его на стол, подставив руки, чтобы смягчить удар. Он резко задирает вверх ноги Снейпа - это грубо, но Снейпу нравится грубый секс, а он всего лишь делает то, что хочет Снейп... чего хотят они оба.

Звучит заклинание смазки, и он входит, а Снейп открывается для него, и его тугое колечко сжимает член Гарри.

Длинные, тощие ноги Снейпа охватывают талию Гарри, прижимают его еще ближе, давят на поясницу, и Гарри входит все глубже, по самые яйца, и вздыхает от удовольствия.

Его член внутри, а член Снейпа лежит на его животе, красный, твердый и влажный от смазки, и Снейп мотает головой и сильнее прижимается к Гарри, словно хочет впустить его еще глубже.

Одной рукой он сжимает край стола, а вторая тянется к члену, но Гарри говорит "Нет", и рука падает, а Гарри сжимает его запястье - тонкое, с лихорадочно бьющимся пульсом, и прикладывает руку Снейпа к его груди.

- Продолжай себя гладить.

Снейп выгибается всем телом, его кадык дергается, и Гарри больше не может ждать. Это и так слишком круто - пальцы Снейпа играют с сосками, член жаждет разрядки, а его внутренние мышцы сжимают член Гарри.

Гарри выходит и входит снова, в одном ритме с неровным дыханием Снейпа, и это прекрасно. Гарри уже и не верится, что было время, когда он не думал так о Снейпе, когда они не были так близки. Он пожирает взглядом худое тело и сильнее сжимает бедра Снейпа, потому что хочет быть уверенным, хочет знать наверняка, что они будут соединены так долго, как он захочет.

- Вот так, - говорит он, двигаясь так, что Снейп извивается под ним и толкается ему навстречу, - ты этого хотел.

И ему так важно услышать ответ. Глаза Снейпа остекленели, и, кажется, он наконец-то теряет контроль над собой окончательно, когда выдыхает:

- Да.

В тот же миг он кончает, и его семя выплескивается на живот, грудь, на рубашку Гарри, и при виде этого в Гарри что-то ломается, и он тоже кончает, вскрикнув и войдя до предела, так, что его яйца прижимаются к заднице Снейпа.

Его дыхание еще долго остается таким же тяжелым и прерывистым, и так приятно знать, что Снейп дышит так же неровно, и так приятно чувствовать его дрожь.

Гарри снова берет руку Снейпа, переплетает пальцы. Снейп вздыхает, он все еще сжимает ногами талию Гарри, и это очень приятно, хотя Гарри и знает, что это скоро закончится. Затем Снейп резко поворачивает голову, отбрасывая волосы с лица, и Гарри видит, что что-то уже изменилось. Он такой же притихший и удовлетворенный, но уже не уступчивый, не открытый.

- Так что ты там говорил о моих волосах? - спрашивает Снейп и приподнимается, не то чтобы оттолкнув Гарри, но нарушив контакт.

- В следующий раз я тебя остригу, - грозится Гарри.

- Нет, не острижешь. Я терпеть не могу, когда кто-то прикасается к моим волосам, - отвечает Снейп. Он все еще голый, но что-то в нем уже изменилось, и он снова становится таким, как всегда - собранным и мрачным.

Но Гарри знает, что он может быть совершенно другим.

- Accio одежда, - говорит Снейп.

"Мы оба знаем, чего ты хочешь, - думает Гарри, следя за тем, как Снейп одевается, с каждой вещью, с каждой застегнутой пуговицей становясь прежним - уже не рабом Гарри, как несколько минут назад. - Мы оба знаем, что я могу тебе это дать".

А затем Снейп добавляет, не глядя на Гарри:

- Ты останешься со мной на ночь?

 

КОНЕЦ