Juxian Tang
 
Главная страница
Слэш
Яой и оригиналы
[+] Галерея
[+] Дневник
[+] E-mail Juxian
Яой
Название: Вызов
Автор: Juxian Tang
Фандом: Trinity Blood
Пэйринг: other/Исаак, слегка Абель/Исаак
Рейтинг: NC-17
Warning: насилие злое (!!!); противникам яой и насилия не читать!
Дисклеймер: Trinity Blood является собственностью Yoshida Sunao и Thores Shibamoto.
Примечание: Насколько я понимаю, насчитывающий многие сотни лет возраст Исаака - это не факт, а лишь то, что он сам говорит... во что я не очень верю, судя по тому, что он учился в университете с Профессором. Ну а если я ошибаюсь, то это можно воспринять как AU.
Саммари: Исаак переоценивает свои силы; последствия оказываются печальными.

ВЫЗОВ

Мне было семнадцать лет. И, конечно же, я был твердо уверен, что заставлю весь мир плясать под выбранную мною музыку к двадцати, самое позднее к двадцати-двум годам. Дар, которым я был наделен, казался мне идеально соответствующим и поставленной задаче, и моему характеру - так, словно я был создан специально под него, как отлично заточенный инструмент. Я всегда знал, что мне суждено достичь несравненного могущества - и мое мастерство в магии будет не только равно мастерству моих кумиров, по образу и подобию я формировал свою личность, но и превзойдет его. Калиостро, Сен-Жермен... я примерял их имена на себя, однако я был практически уверен, что даже когда эти имена забудут, имя Исаака Фернанда фон Кемпфера будут помнить - и произносить с гораздо большим страхом и восхищением.

А для этого нужно было прогрессировать быстрее, чем советовали старинные книги и манускрипты, и не тратить время на вызов мелких и бесполезных демонов. В самом деле, разве я не овладел контролем над низшими сущностями в совершенстве? Для того чтобы добиться настоящего успеха, нужно было рисковать: это я знал совершенно точно.

Я нашел этот медальон в лавке старьевщика в Вероне - тяжелый серебряный овал, потемневший от времени. Буквы на нем практически стерлись, но, разумеется, я тут же узнал едва видимые очертания рисунка на нем. До сих пор помню, как руки у меня слегка задрожали от возбуждения. Я знал, что передо мной - амулет, контролирующий Раша'яда, демона, иначе называемого Рукой Зла.

Я кое-что читал о нем, о его силе и коварстве - помнил предупреждения, содержащиеся в книгах, которые говорили, насколько он опасен - но разве это могло остановить меня? Старьевщик, видя мой интерес, попытался содрать с меня какую-то далеко не божескую цену, но мой ледяной взгляд быстро привел его в чувства, и он, не торгуясь, принял заплаченную мною сумму.

Словно на крыльях, я вернулся в отель, отыскал нужные страницы в книге, торопливо записывая и зарисовывая то, что мне понадобится. О да, Раша'яд был по-настоящему силен - бесконечно далек от тех жалких, уже заранее готовых к подчинению демонов, что я вызывал до него.

Я нашел и указания на полуразрушенную часовню под Римом, где был захоронен человек, связавший демона силой медальона. Это место, очевидно, было наиболее безопасным для того, чтобы обеспечить его приход в наш мир. Я отправился в Рим.

Что сказать? Я был молод и самонадеян. Мне следовало преподать урок. Который я и получил.

Я помню, как за два часа до полуночи направлялся к часовне, расположенной за чертой города, среди полей. Когда-то здесь были поселения, но после того, как во время одной из войн район подвергся почти полному уничтожению (хотя я и сомневался, что причиной разрушения часовни все-таки послужила бомба), жители перебрались поближе к центру, а вокруг все постепенно пришло в упадок. Не осталось ничего, кроме нескольких старинных гробниц, которые добавляли этому месту еще большую мрачность.

Был конец октября; я помню ночной холод, забиравшийся мне под плащ. Нигде не было ни души, и темнота безлунной ночи казалась почти абсолютной. Даже далекие огоньки, источника которых я не знал, не рассеивали тьму. Я видел, как на ветру, зацепившись за ветви дерева, дрожали полосы белой ткани - хвост летучего змея, неизвестно откуда залетевшего сюда, возможно, много дней назад. И эти полоски казались мне шевелящимися щупальцами или развевающимися по ветру волосами.

К тому времени, как я вошел в часовню, зубы у меня стучали от холода. Внутри было не теплее: свод и верхняя часть высоких стен были разрушены, открывая непроницаемо черное небо, окна выбиты. Я все же затворил за собой тяжелую, чудом сохранившуюся дверь.

Следующие полтора часа я зажигал свечи, рисовал на полу знаки и устанавливал принесенные предметы. Медальон казался ледяным на моей шее и как будто становился тяжелее с каждой секундой. Волнение, которое я испытывал, пьянило сильнее, чем алкоголь. Наконец, я встал в середине круга и поднял руки, вызывая демона.

Надо сказать, что в ту минуту единственное чувство, которое владело мной, было торжество; ни страха, ни сомнений я не знал - возможно, в последний раз в своей жизни. Мой голос звучал четко и без дрожи, когда я произносил требуемые слова - и когда я в последний раз назвал его имя:

- Раша'яд, приди! - на мгновение ветер, гуляющий по часовне, полностью затих. Казалось, воздух застыл, даже пламя свечей выпрямилось, превратившись в тонкие иглы огня. Я затаил дыхание. Бесконечно долго, как мне представлялось, я стоял и смотрел, как темнота передо мной сгущается в массивную форму.

Какое-то время я не мог понять, почему демон выглядит так - большим и неуклюжим, словно огромный обломок камня - пока, в оглушительном шуме, перекрывающем вой ветра, Раша'яд не распахнул свои гигантские кожистые крылья. Их концы едва не задевали стены часовни.

- Человек...

Его голос был таким низким, что слышать его было больно, казалось, из ушей сейчас потечет кровь. От волнения ноги у меня подгибались, но я бесстрашно смотрел ему в глаза - глаза какого-то бледно-желтого, неестественного цвета на темном лице, зрачки в форме вытянутых ромбов.

- Да, человек - и я вызвал тебя, - ответил я. Самое главное, чему я первым делом научился при вызове демонов, было то, что с ними нужно разговаривать решительно, не проявляя никакой слабости.

Его лицо придвинулось ко мне, желтые глаза разглядывали меня. Потом взметнулась когтистая лапа - когти как плохо заточенные кривые ножи - словно он пытался сбить меня с ног. Я не дрогнул. Медальон защищал меня. Лапа отдернулась.

Я видел, как губы Раша'яда раздвинулись, обнажая кривые черные зубы.

- Подготовился, человек... И зачем ты вызвал меня?

- Чтобы заключить с тобой сделку! - мой голос звонко разнесся по часовне. В этот миг торжество переполняло меня. Невероятно! В семнадцать лет мне удалось вызвать и подчинить себе демона, на вызов которого другие не решались всю свою жизнь.

От его хохота мне казалось, что мои барабанные перепонки сейчас лопнут. Он смеялся долго - он вообще любил смеяться, Раша'яд, как мне в ближайшее время пришлось убедиться.

Отсмеявшись, он снова сложил крылья.

- Чего же ты хочешь, человек?

Из книг я знал - и именно это привлекало меня больше всего - что основной силой Раша'яда была даже не его способность наносить разрушения - а та власть, которой он мог наделить связавшего его человека, подчинять себе и людей, и демонов. Эта мысль пьянила меня: одним махом достичь могущества, к которому другие идут годами! Люди, которые выполняют все мои приказы, хотят они этого или нет, и армия демонов на моей стороне!

- Власть, - ответил я. - Власть над тем, что подчинено тебе.

- Ты многого хочешь, человек.

Несомненно, я хотел много: я хотел этого с самого детства, и в этот момент я был как никогда близок к исполнению моих желаний. Ну, или мне так казалось.

- Я заключаю с тобой сделку, - сказал я. Теперь ему оставалось только ответить, что он заключает сделку со мной - и он будет связан силой моего медальона!

- Да? И что же ты предлагаешь со своей стороны?

Я самодовольно указал на артефакты и приношения, что подготовил для него. Я видел, как его нос с вывернутыми ноздрями сморщился, словно в отвращении, а потом он запрокинул голову и захохотал.

- Холодный металл и мертвые тела? Так-то ты меня ценишь, человек?

Я выбрал то, что, как говорили манускрипты, должно удовлетворить Раша'яда - и сказал ему об этом.

- Да? - его голос звучал саркастически. - И когда мне предлагалось последнее такое подношение?

Я знал это точно - в 1654 году.

- Полторы тысячи лет! - он опять засмеялся. - Ты не думаешь, человек, что за это время мои вкусы могли измениться?

В тот миг мне нужно было сказать: "Тогда сделка заключена не будет" - и отпустить его, все книги советовали, что, если при взаимодействии с демонами хоть что-то идет не по плану, нельзя рисковать. Но как я мог? Вот он стоял передо мной, такой могучий, обладающий тем, что было мне так нужно... Вернуться к вызову мелких демонов, продвигаться вперед крошечными шажками, как обычная посредственность? Я бы лучше умер, чем позволил бы этому случиться!

- Чего ты хочешь? - произнес я.

- Чего я хочу? - казалось, он задумался, оглядываясь вокруг. По правде говоря, выбор был невелик - кроме того, что я ему уже предложил, часовня была совершенно пустой. Я видел, как в его глазах появилось хитренькое выражение. - Ты можешь отдать мне этот амулет у тебя на шее.

- Ну конечно, - усмехнулся я. Он тоже засмеялся. Разумеется, он не рассчитывал на такую легкую победу.

- Тогда... - он снова оглянулся вокруг. - Кажется, я вижу детскую забаву там, в ветвях дерева. Принеси ее мне.

Я не ответил на это. Стоило мне выступить из круга, и моя безопасность оказалась бы под сомнением, даже с медальоном.

- Нет, разумеется, нет, - задумчиво произнес он. - Ты слишком сообразителен для этого, человек. Мне не удалось тебя обмануть. Да и зачем мне забытая, сломанная вещь, когда я хочу совсем не этого.

Его ромбовидные глаза остановились на мне.

- Впусти меня в круг, - произнес он. Я нахмурился, не понимая, чего он хочет. Вступая в круг, он оказывался в моей власти больше, чем сейчас - ведь он не сможет выйти из него, пока я не выпущу его.

- Зачем?

- Потому что... потому что я хочу дотронуться до тебя, человек.

Я побелел. Только в одной книге я читал о таком - это наверняка считалось запрещенной информацией, вымаранной из всех остальных мест. Это случалось очень редко - и было очень опасным: иногда демоны выражали желание вступить в интимный контакт с вызывающим. При этом оплатой с их стороны являлось то, что они предлагали куда больше, чем при обычной сделке - отдавали магу *всю* свою силу.

Нет, я не мог... он был минимум в два раза крупнее меня... бесконечно уродлив... и эти страшные лапы...

Тебя так волнует его внешность, словно ты собираешься заниматься с ним любовью, Исаак, напомнил я себе. Мерлин, Фламель, Леви - все могущественные маги и оккультисты прошлого - откуда они получили свои силы? У них не могло быть иного источника, чем это... чем совокупление с демоном.

Если Фламель, Кроули, Батлер, очевидно, пошли на это - то неужели я, Исаак фон Кемпфер - не решусь? И буду всю жизнь жалеть о своей трусости?

Раша'яд молчал, ожидая моего решения.

- Что ты предлагаешь взамен? - произнес я. Горло у меня пересохло, мой голос, обычно такой спокойный, звучал почти неузнаваемо. Он усмехнулся.

- Ты сам знаешь, - проговорил он. - Все мое будет твоим.

Я все еще не решался. Мой разум холодно анализировал все выгоды этого предложения, моя душа стремилась к могуществу, но я не был уверен, что мое тело выдержит это. Демон как будто прочитал мои мысли, улыбка мелькнула на его лице.

- О, конечно, ты выдержишь, человек. Люди вообще... очень прочные создания.

Я все еще тянул время.

- Почему... почему ты хочешь этого?

- Что сказать? - он засмеялся. - Если бы ты знал, как скучно сидеть взаперти полторы тысячи лет. К тому же, ты мне нравишься, человек. У тебя красивая белая кожа.

- Мы заключаем с тобой сделку, - произнес я, чтобы не позволить себе длить сомнения. Глаза Раша'яда сверкнули.

- Мы заключаем с тобой сделку, - ответил он, и я сказал:

- Войди.

Он вступил в круг; вблизи его величина казалась не такой шокирующей: основной размер ему придавали крылья. Его когти были ужасны, но его нагое тело выглядело скелетом, обтянутым темной кожей. Я заставил себя посмотреть вниз. Во рту у меня пересохло.

Я не был девственником; с тщательностью ученого я успел испробовать все возможные виды секса, даже запрещенные, и я примерно знал возможности человеческого тела. Я выдержу, подумал я. Недаром известно, что власть является лучшим афродизиаком.

- Разденься, человек, - прошептал он.

Это была последняя возможность для меня отступить, но я не колебался. Мой плащ упал на пол, затем я стянул свитер, скинул ботинки и джинсы. Холодный воздух обжег мои плечи.

- Полностью. - Его голос леденил меня, а его присутствие рядом со мной ощущалось как переменные волны жара и холода. Я снял носки и трусы. Теперь на мне оставался один медальон, и в его наличии я черпал силу. Пока он на мне, я в безопасности - демон подчинен моим приказам.

Раша'яд разглядывал меня. Я не вполне мог понять, как он может находить меня желанным, мы были такими разными, разве подобное не стремится к подобному, но я видел (и это заставило меня побледнеть), как его и без того стоящий член еще увеличивается в размерах. Он вытянул лапу в мою сторону.

- Позволь... мне.

Я сглотнул слюну, готовя себя к тому, что должно произойти.

- Позволяю тебе взять меня, Рука Зла, - произнес я. Его голос, казалось, стал еще более низким.

- Повернись, - сказал он.

Я повернулся, опускаясь на четвереньки.

Я готовил себя к боли. Я отдавал себе отчет, что это будет неприятно, что следующие - пятнадцать минут? полчаса? - возможно, будут самыми неприятными в моей жизни. Но к *такой* боли ничто не могло меня подготовить.

Я даже не в силах подобрать сравнения. Когда он вошел меня... как будто обоюдоострый меч вонзился мне между ягодиц, протыкая меня насквозь - казалось, проникая до самого сердца. Я закричал; и захлебнулся криком. Руки мои не выдержали, я упал на локти, потом лицом вниз, чувствуя щекой холод каменного пола. Раша'яд застыл, войдя в меня полностью. В эти секунды боль, какой бы огромной она ни была, оставалась статичной, словно меч замер в моей плоти.

Когда он стал выходить из меня, я закричал снова, на этот раз и от боли, и от ужаса. Казалось, вместе со своим членом он вытаскивает из меня внутренности. Я не знал, течет ли у меня кровь - невероятно было, чтобы такое вторжение не разорвало мне задний проход, если не нанесло повреждений похуже. Меня трясло от дикой боли; обморочное состояние накатывало волнами - но мне так и не удалось соскользнуть в блаженное небытие.

Он принялся насиловать меня - могучими, стремительными движениями с широкой амплитудой. Я слышал звук, с которым его плоть входила в мое тело - и его торжествующий смех надо мной. Липкий, холодный пот покрывал меня. У меня мутилось сознание. Порой мне казалось, что нельзя пережить такую боль, не лишившись рассудка, порой - что все это происходит не со мной, что я могу видеть эту картину как бы со стороны: в очерченном круге черный демон вздымается над белой скорченной фигуркой человека, подтягивая его ближе когтистыми лапами.

Я пытался зацепиться за свой образ мышления ученого, найти какую-то точку, в которую смог бы отправить свое сознание, чтобы пережить это - но не получалось. Боль затмевала все, даже мысль о том, что именно я получу за то, что вынесу эту агонию.

Как будто раскаленное железо плеснуло мне на спину. Я ощутил, как по бокам ползут горячие быстрые струйки, и понял, что демон рассек мне кожу между лопаток. Как будто ему было недостаточно той боли, что он мне уже причинял. Он просунул руку вокруг меня и, глубоко впиваясь когтями, провел по моей груди и животу. Но настоящий ужас пронзил меня, когда он спустился ниже, к моим гениталиям.

- Не смей... - в моем голосе почти не было звука, казалось, что связки обожжены болью. Возможно, в этом было все и дело - у меня не хватило сил, чтобы контролировать его, и он это чувствовал. Мне стоило быть к этому готовым, неужели я забыл, что вторым именем этого демона было Разрушитель Достоинства. Он только рассмеялся, стискивая руку вокруг моей мошонки и члена. От боли у меня потемнело в глазах. Это была какая-то иная, неведомая степень боли. Отдаленно я слышал жалкие, какие-то кашляющие звуки - которые издавал я сам.

Я утратил контроль над собой и надежду, что это может когда-нибудь кончиться - когда демон замер, разрывая мне бедра когтями - и я почувствовал, как будто внутри меня взорвался огненный шар.

Даже когда чудовище вышло из меня, боль не прекратилась. Горячий шар обжигающей жидкостью растекся по всему моему телу. Я чувствовал, как сперма демона выливается из меня, течет по моим ногам. Демон отпустил меня, и я упал на бок. У меня не осталось сил даже на то, чтобы стоять на коленях - даже на то, чтобы шевельнуть рукой или ногой.

- Сделка... завершена, - только и смог прошептать я.

Я пришел в себя от холода. Сквозь черные провалы окон внутрь рвался ветер. Большинство свечей были опрокинуты, и подсвечники с шумом катались по каменному полу. Лишь одна или две свечи еще сопротивлялись ветру, дрожа крошечными язычками пламени.

Я попытался пошевелиться и застонал. Все мое тело, казалось, было изломано и изорвано, снаружи и внутри. Мне казалось, будто мои внутренности превращены в огромную кровавую рану, которая идет от ягодиц до самой диафрагмы. Между ногами было липко, и в данный момент я не чувствовал в себе сил посмотреть, сколько там крови и сколько семени демона. На груди и спине кожа была глубоко рассечена когтями, царапины только начали запекаться и снова открылись при движении.

С трудом мне удалось сесть. Перед глазами все плыло. Я пытался нашарить свою одежду. Я старался не думать о том, что мне пришлось пережить. Позже - позже я смогут посмотреть на происшедшее взглядом ученого, проанализировать случившееся и свои ошибки, выделить необходимый опыт, а также... также проверить, насколько Раша'яд сдержал свою часть сделки. Но сейчас мне хотелось одного: выбраться отсюда, оказаться в безопасности, в тепле - пусть даже в отеле, находиться в окружении людей сейчас казалось мне предпочтительным - лишь бы обстановка была как можно менее похожа на эту темную, продуваемую ветром часовню.

За все надо платить, я это я знал. По крайней мере, я надеялся, что моя сделка с демоном принесла мне пользу. А если нет... то в следующий раз, Исаак, ты будешь умнее, безжалостно сказал я себе.

- И куда ты собрался, человек?

У меня нет слов, чтобы передать тот шок, что я ощутил при этих словах, при звуке этого голоса. Я замер в оцепенении. Какая-то детская часть моего разума говорила, что если я не повернусь, не буду смотреть - то, может быть, он уйдет, исчезнет, как чудовище, что живет в шкафу. Но моя голова уже поворачивалась, словно против моей воли.

Темнота слева от меня была более густой - и в этой тьме я снова различал и сложенные крылья, и блестящие ножи когтей и зубов, и вертикальные полоски желтых зрачков.

Я не знаю, как мне удалось овладеть собой. Мой язык прилипал к небу, но мне все же удалось произнести холодным, недрогнувшим голосом:

- Наша сделка завершена, демон.

Кожистые крылья с шумом распахнулись в воздухе.

- Завершена? Завершена, человек? Кто тебе сказал, что ты волен решать это? Я готов отдать тебе свою силу - за один-единственный раз? Нет, человек, сделка будет завершена, когда *я* так решу! Когда я наиграюсь с тобой.

- Ты не смеешь! - выкрикнул я. - Я не позволяю тебе!

- Да? И попробуй, запрети мне!

Моя рука судорожно взметнулась к шее. Медальона не было! Мгновение я не мог поверить, что это действительно произошло - это казалось кошмарным сном. Я лихорадочно огляделся. Он лежал на полу, в трех шагах от меня, разорванная цепь словно хвост змеи.

- Да, - захохотал Раша'яд. - Звенья должны были разойтись - я видел это! Я знал, что так будет - стоит тебя хорошенько встряхнуть, и она порвется, глупый человек!

Не теряя ни секунды, я метнулся к медальону. Мои пальцы почти коснулись цепочки - и в этот миг огромная лапа стиснула мою лодыжку. Раша'яд дернул меня к себе - как ребенка, как куклу, с легкостью оттащив от амулета на недосягаемое расстояние. Падение выбило воздух из моих легких. Мой голос звучал прерывисто.

- Не смей... Если ты коснешься меня, я никогда... не выпущу тебя из круга.

- О, поверь мне, человек - скоро ты будешь умолять меня, чтобы я покинул круг.

Он перевернул меня, швырнул об пол с такой силой, что глаза у меня закатились. Я чувствовал, как он развел мне ноги.

Нет, нет, кричало все во мне, я не переживу, если он сделает это со мной еще раз...

Связки в моем паху надорвались, когда он дернул мои ноги в стороны. Крик застрял в горле, превратившись в хриплый клекот.

Мое тело уже знало, какую боль может причинить его вторжение - но я никогда не мог представить, что даже такую боль словно можно поднять еще на одно деление вверх. Мой анус и внутренности были уже обожжены его спермой, и теперь его вторгающийся член входил в свежую рану. Я был как марионетка, в его руках. Мои ноги жалко дергались в его захвате, руки скребли по полу.

В этот миг мое сознание было таким нестабильным, что, казалось, я вернулся в детство, и мысли, приходящие мне в голову, были достойны пятилетнего ребенка. Это нечестно, думал я, это нечестно. Так не должно было быть... а как же мои мечты о мировом господстве? Я не умру здесь, на холодном каменном полу, пронзаемый членом демона-обманщика.

Я не знаю, откуда у меня взялись силы. Перед глазами у меня было темно. Каким-то образом мне удалось поднять руку, дотянуться до черного лица Раша'яда, до его щеки. Казалось, в бледно-желтых глазах мелькнуло что-то вроде удивления.

- Какой ты... сильный... - прошептал я. - Сильный... умный... взял надо мной верх...

Он продолжал меня трахать, словно я был бесчувственной куклой, но что-то в его лице изменилось. Он перестал смеяться. Я водил дрожащими пальцами по его щеке.

- У меня никогда не было... такого сильного...

- Ты хочешь сказать, что тебе это нравится, человек? - его голос навалился меня, словно обладал физическим весом.

- Не буду... лгать... очень больно... но... восхищаюсь тобой...

Несколько мгновений он смотрел на меня, и я думал, как легко он может сдавить мне череп своими огромными лапами, кроша кости. А потом он запрокинул голову и захохотал.

- Забавный человек! Ты мне нравишься. Возможно, я не ошибся, когда решил заняться тобой!

Он приподнял мои бедра с пола, направляя свой член вперед и вверх, всаживая его под углом. Как будто вспышка пламени сверкнула перед моими глазами; я закричал - и продолжал кричать, пока он выплескивал в меня свое огненное семя.

Я вновь пришел в себя в темноте. Последние свечи погасли. Я не видел демона, но на этот раз это не могло меня обмануть. Он все еще был рядом, я мог слышать, как ветер разбивался об его жесткие крылья. Однако желтые глаза были закрыты. Я лежал и прислушивался. Раша'яд оставался неподвижным.

Спал? Я так надеялся на это - это был мой единственный шанс. Мое тело было в агонии, но сейчас не время было думать об этом. Бесшумно я переместился на несколько сантиметров - и снова замер. Тишина.

Я полз по полу, очень медленно, незаметно, снова и снова застывая, когда мне казалось, что я слышу какие-то звуки. Медальон был словно холодный огнь, манящий меня. На мгновение мне захотелось тянуться не к амулету, а выбраться из круга - и бежать, покуда Раша'яд заключен в нем - но я отринул эту мысль. Бегство было слабостью, которую я бы себе никогда не простил. В амулете было мое спасение, моя жизнь, моя победа - возможность для меня сохранить свое достоинство и сам рассудок.

Мои пальцы уже почти достигли цели. Потеряв бдительность, я потянулся к медальону.

Как будто сама темнота обрушилась на меня - в развороте огромных крыльев и тяжелом теле. Страшный удар когтистой лапы отбросил меня от амулета, перевернув. Кожа на моих ребрах была рассечена до кости, и сами ребра треснули от силы удара. Демон склонился надо мной, дыша мне в лицо.

- Лжец! - Его голос гудел надо мной. - Думал обмануть меня! Думал, что я куплюсь на твою лесть! Теперь ты умрешь.

Он схватил меня за запястье, переворачивая на живот, дернул руку вверх. Я услышал дикий хруст и закричал от чудовищной боли. Он выдернул мне плечо из сустава. Казалось, моя рука опущена в расплавленное железо. Он схватил меня за вторую руку, выламывая и ее.

- Я разорву тебя на куски, - произнес он, и я знал, что это правда. Я проживу ровно столько, пока не выпущу его из круга - а продержусь я недолго, это было очевидно. Я выл от боли, ослепший и оглохший. Он схватил меня за волосы, дернул мою голову назад, едва не сломав мне шею.

И в этот миг - поверх его хохота, поверх моих криков - раздался голос, спокойный, но все же перекрывший все остальные звуки.

- Отпусти его.

- Что? - Демон повернулся, наступая мне ногой на спину. Все, что я мог разглядеть своим мутящимся взором, был лишь светлый узкий силуэт, стоящий в распахнутых дверях часовни. После нескольких мгновений молчания демон захохотал. - Еще одна игрушка сама пришла ко мне! Кто ты, безумный человек?

Безумец - он действительно был безумцем, думал я. Тот, что стоял в дверях, осмелился бросить вызов демону, даже не зная, с чем он столкнулся. Раша'яд убьет его... или будет играть с ним так, что тот сам будет молить о смерти - после того, как я буду мертв. Но может быть - слабая надежда проснулась во мне - если он отвлечет Раша'яда хоть на несколько секунд, мне удастся добраться до амулета...

- Я не человек, - произнес он.

То, что произошло дальше, так часто казалось мне в последствии фрагментом какого-то сна. Возможно, думал я, мой разум не выдержал всех испытаний, и безумие поглотило меня.

Словно порывы ветра свернулись в спираль вокруг пришедшего - поднимая серебристые волосы вверх потоком. Его лицо заострилось, глаза вспыхнули алым. И два черных крыла, еще шире в размахе, чем крылья демона, взметнулись над его плечами.

Его голос, шипение змеи, был мягким и страшным в своей мягкости.

- Ну что же, - проговорил он. - Приходи, поиграй со мной.

Они взмыли надо мной в воздух - как две стрелы, и оружие, возникшее в руках пришельца, было не похоже ни на что виденное мною ранее. Раша'яд закричал. А затем его разрубленное тело упало на пол, превращаясь в пепел. Все было закончено вот так - в течение нескольких мгновений. Я видел, как плавится медальон, растекаясь лужицей металла - ставший бесполезным со смертью демона.

Тот, что спас меня, медленно опускался на пол часовни. В этот миг я совсем забыл о боли и своих повреждениях. Я жадно смотрел на него - никогда раньше я даже представить себе не мог такую силу. Я подстегивал свое меркнущее сознание, пытаясь впитать и запомнить то, что я видел. Я хотел приподняться, но упал обратно без сил.

О, если бы научиться контролировать *его*, думал я.

Он опустился, трансформируясь - и ко мне подошел, склонился надо мной уже человек - худощавый, бледный, молодой - едва старше меня. Он смотрел на меня, и его лицо выглядело печальным и отстраненным.

- Кто ты? - прошептал я, заставляя себя не отключаться, пока он не ответит.

- Я тот, кто скорбит, - тихо проговорил он. Я видел, как он поднял с пола мой плащ - и в тот миг, когда он укрыл меня им, я потерял сознание.

А пришел в себя в больнице, и ни сестры, ни врач не могли толком объяснить, как я туда попал.

Моей сильной стороной всегда было то, что я умел учиться на ошибках. Опасность, которой я подвергся, вызывая Раша'яда, научила меня многому. С тех пор я уже никогда не позволял себе ни мгновения слабости, имея дело даже с самыми опасными демонами.

Я научился применять свои силы и знания, достиг вершин почти за пределами человеческих возможностей. На моем пути были и ошибки, и неудачи - но я знал, что моя судьба, в целом, ведет меня туда, куда я стремился.

Я никогда не забывал того, кто спас меня в ту ночь в часовне - в ту страшную ночь, которая оставила во мне неизгладимый след, изменив во мне что-то, чего даже я не смог бы назвать... Много лет прошло с той нашей встречи, но я никогда не терял надежду снова увидеть его.

И вот - я стоял лицом к лицу с ним, в Барселоне - и он был моим противником, пытающимся нарушить мои планы и планы моего фюрера.

Я смотрел на него; он не помнил или не узнавал меня. И я сам - я все еще не вполне был уверен, что это он: в том состоянии, что я был тогда, его лицо лишь смутно отпечаталось в моей памяти. Да и он изменился: очки, волосы, взгляд... Я должен был увидеть его таким, как он мог быть - и я готов был пойти на все, чтобы добиться этого.

И когда я, наконец, увидел - смотрел в его искаженное лицо, алые огни зрачков, вздымающиеся в потоке электричества волосы... волнение, что я чувствовал, было не сравнимо почти ни с чем. Таким я его никогда не мог забыть, моего спасителя - чудовищным и прекрасным. Это зрелище стоило любого риска.

О, если бы, думал я, если бы наши дороги пересеклись еще раз раньше... Но, наверное, это ничего бы не изменило; моя судьба была предопределена, я не хотел другой - и даже Абель Найтроуд, в форме человека или крусника, не смог бы остановить меня.

Так часто за прошедшие годы я думал, что мог бы любить его. Пожалуй, я любил его, даже не зная его имени. Той любовью, на которую я был способен - такой же холодной и ничего не меняющей, как и все мои чувства.

Но когда его секира вонзилась в каменный пол в сантиметрах от меня - не в мою грудь, хотя от этого зависела жизнь целого города - я подумал, что, возможно, он тоже узнал меня; он сам не понимал этого - но что-то в нем меня узнало. И поэтому он не смог убить меня.

КОНЕЦ
[+] Back