Juxian Tang
 
Главная страница
Слэш
Яой и оригиналы
[+] Галерея
[+] Дневник
[+] E-mail Juxian
Яой
Четыре драббла по Ai no Kusabi - большая просьба: читайте их, пожалуйста, подряд - так они будут иметь больше смысла :)

Для Tarna (Ясон/Катце)

Его знобит. Рассеченная щека воспалилась и болит. А хуже всего липкий страх, который охватывает его, когда, дотащившись до зеркала, Катце находит в себе силы посмотреть на свое отражение. Вид просто ужасный. Длинный, глубокий рубец, темно-красный и вспухший. Мебель, которая выглядит так - это немыслимо. А значит... значит, как только Ясон это поймет, с Катце покончено.

Он сам виноват, конечно. Можно сказать, он еще легко отделался. Ясон мог бы убить его - да что там, ему стоило убить Катце прямо на месте. Но он почему-то ограничился одним ударом. Невероятное милосердие. Вот только когда Ясон увидит, насколько его мебель теперь испорчена, он избавится от Катце в тот же миг.

И что дальше? Снова Церес, из которого он с таким трудом выбрался - позволив себя искалечить ради этого? Теперь его положение будет куда хуже: кастрат, неудачник, заклейменный на всю жизнь. Вот и спроси себя: твое любопытство стоило этого?

Стоило ли этого пьянящее чувство падения в пропасть, которое было и полетом одновременно - когда он все глубже проникал в систему, когда очередная защита подавалась под его напором... Правда в том, что никогда раньше Катце не испытывал такого счастья, такого триумфа. Впервые в жизни он чувствовал себя победителем.

А вот так ощущается поражение. Катце осторожно дотрагивается пальцами до уголка шрама и вздрагивает от боли. Его отражение смотрит на него больным, мучительным взглядом животного, которое просит, чтобы его добили.

Что ж, сейчас и последует coup de gras. Сигнал оповещает его, что Ясон хочет его видеть. Катце, как может, занавешивает щеку волосами и спешит на вызов.

Он прилагает все усилия, чтобы руки не дрожали, когда он ставит перед Ясоном чашку c кофе. Он ни разу не поднимает глаз, словно это может сделать его незаметным - потому что его единственная надежда состоит в том, то Ясон не снизойдет до того, чтобы обратить на него внимание. Иначе один взгляд - и Ясон убедится, что ущерб неисправим.

- Катце, - холодный голос Ясона догоняет его в дверях, когда он уже начинает надеяться, что пронесло. - Смени прическу. И прими что-нибудь из лекарств. Ты нужен мне здоровым.

Он вылетает из комнаты и прижимается спиной к стене в облегчении, от которого едва не подворачиваются ноги. Он *нужен* Ясону.

Он сделает все, что может, чтобы быть действительно нужным Ясону...

**********************************************************************

Для agnia581 (Ясон/Рауль)

У новичка почти белые волосы, блестящие, как полированное серебро - ровно подстриженные, они падают ему на шею, не доходя до плеч. Он сидит очень прямо, глядя на экран палм-топа перед собой - так, словно не слышит шепотов, гуляющих за его спиной:

- Ага, это тот самый...

- Самый совершенный проект Юпитер.

- Безупречный геном.

- Говорят, по результатам тестирования он был первым не только в своей возрастной группе, но и среди тех, кто на три года старше.

- Новая звезда?

- Эй ты! - на этот раз уже не шепот, а оклик. Рауль хорошо его знает: Аксель, никогда не умеет вовремя остановиться - оказывается возле новичка. Который даже головы не поворачивает. И правильно делает - если не хочет, чтобы его до конца обучения называли "эй-ты".

- Ты что, не слышишь меня? - Аксель хватает его за плечо. И узкая рука взмывает, сжимая запястье Акселя, выворачивая его. Прямо на глазах Рауля Аксель бледнеет, лицо застывает от боли. Какой силой могут обладать эти тонкие длинные пальцы, что способны так легко причинить боль блонди?

- Ты что-то хотел? - голос у новичка еще по-детски высокий и очень, очень холодный.

Что там Аксель мог хотеть? Сказать, что это *его* место или другую подобную глупость? По крайней мере, думает Рауль, ему хватает достоинства помолчать несколько секунд прежде, чем ответить, признавая свое поражение:

- Нет. Ничего. - Но рука не отпускает, продолжает сдавливать и выкручивать, к удивлению Рауля. Впрочем, должно быть, новичок прав: надо разобраться со всем сейчас, чтобы больше не было желающих выяснять с ним отношения.

- Я... ничего не хотел, - выдавливает Аксель. - Я... ошибся.

Его голос звучит испуганно, зрачки у него огромные, а запястье уже изогнуто под странным углом. Рауль делает шаг вперед.

- Отпусти.

Взлетают пряди серебристых волос, резкий поворот головы - и взгляд самых ледяных светло-голубых глаз останавливается на нем.

- Ты тоже чего-то хочешь?

- Меня зовут Рауль Эм, - он протягивает руку. Когда эти бледно-голубые глаза смотрят на него - это оказывается неожиданно сложно вынести. Несколько секунд, что Рауль стоит, ожидая ответа, кажутся очень долгими.

И внезапно пальцы, сжимавшие запястье Акселя, отпускают. Тот хватается за руку, едва находя в себе силы не застонать от боли. А потом новичок произносит:

- Ясон Минк.

И даже сквозь двойной слой тонкой ткани перчаток - его и Ясона - Рауль ощущает это рукопожатие словно ожог. Как будто в этот миг его подсознание чувствует гораздо больше, чем его разум может предвидеть.

Ясон смотрит на него и улыбается; это холодная, очень вежливая, но все же улыбка. И Рауль говорит:

- Рядом с тобой свободно?

****************************************************************

Для Mor-Rigan (Ясон/Рауль/Катце)

Есть вещи, которые Рауль никогда не скажет. Есть вещи, сказать которые значит окончательно утратить свое достоинство. Есть вещи, которые твой друг не должен вынуждать тебя произносить.

Например: за что ты так со мной? Неужели тебе все равно? Все равно, что я чувствую, когда ты губишь себя, связавшись с этим монгрелом? Я всегда считал тебя своим другом, Ясон, столько лет, что иногда мне кажется, будто я всегда тебя знал. Но считаешь ли ты себя моим другом? Если мои слова уходят, как вода в песок, не оставляя следов. Если ты не слушаешь меня, не слышишь меня, и то, что я говорю, лишь раздражает тебя, как назойливый шум.

Раулю не нравится роль, которую ему приходится играть. Читать морали, убеждать, урезонивать. Когда-то - до того, как в жизни Ясона появился этот монгрел - их разговоры были совсем другими. Общение доставляло им удовольствие, им было комфортно вместе. Сейчас Рауль спрашивает себя, долго ли еще Ясон захочет проводить время с человеком, который только и знает, что упрекает его.

Рауль смотрит, как Ясон наклоняется над бильярдным столом. Его взгляд сосредоточен на цели; удар... и снова Рауль видит, как глаза Ясона становятся задумчивыми - так, словно он видит что-то, чего нет здесь и сейчас. Возможно, он видит прошлое, предыдущую ночь, проведенную в обществе монгрела, или следующую, когда они снова будут вместе, в одной постели. Рауль уже не помнит, когда Ясон последний раз встречал его взгляд.

Что ж, пусть так. Но если Рауль может сделать хоть что-то, если есть хоть какая-то надежда, что его бесконечные уговоры подействуют - то он будет продолжать. Потому что корректировать Ясона он *не будет*. Ясон, должно быть, не верит ему, считает, что Рауль сделает все, что ему скажет Юпитер - или думает, что до этого не дойдет, но Рауль уже все решил. Он не сделает этого со своим другом.

Даже если для этого друга Рауль значит куда меньше, чем жалкий монгрел. Ни понять, ни принять этого Рауль не может, но и изменить это он не может тоже. Ясон впустил в свою жизнь глупого, грубого, похотливого (испортил его Мимею!), невоспитанного монгрела - и упорствует в своем безумии, не желая сожалеть об этом. Нет, Раулю никогда этого не понять.

Ясон обходит стол, выбирая место для очередного удара. Рауль ждет, рассеянно глядя в окно. Там, далеко внизу, на мокрой улице, машина Ясона - и под мелкими каплями дождя водитель Ясона, Катце, стоит, прислонившись спиной к дверце, и курит. Тонкая струйка дыма пляшет в воздухе, а его темно-рыжие волосы кажутся очень яркими в этот сумрачный день...

************************************************************

Для ehwaz (Рауль/Катце)

Небо за окном затянуто тучами, и вечер наступил слишком рано. А в его комнате - неуютной и полупустой (лишь самое необходимое для жизни, все необходимое для работы), присутствие Рауля словно шок для его нервов. Рауля слишком много, он слишком яркий, он... он не должен быть здесь.

Катце всегда тщательно заботился о неприкосновенности своей личной территории - с тех пор, как у него появилась своя. Но Рауль блонди, ему не откажешь, когда ему что-то нужно от тебя - услуги шофера (будто своего нет), услуги специалиста по компьютерам, информация... Наверное, предполагается, что после смерти Ясона у Катце образовалось лишнее время, которое он может потратить на другого блонди.

И вот сейчас Рауль здесь, в его квартире - претендуя уже не только на его время, но и на что-то большее. И это беспокоит Катце. Потому что он совсем не уверен, что хочет дать что-то большее... что ему есть, что давать.

Рауль не Ясон. Катце часто напоминает себе об этом. Взгляд Ясона был словно лезвие, пронизывал насквозь. Рауль занавешивает лицо волосами. Ясону было все равно, что о нем скажут и подумают другие. Рауль, кажется, не забывает об этом никогда. Ясон наслаждался риском. Рауль осторожен, будто каждый шаг делает по земле, не нанесенной на карту.

Ясон был ослепительным светом, в лучах которого было больно жить, но теперь его так не хватает. Рауль... Рауль всего лишь еще один блонди, друг Ясона, напоминание о прошлом. Или нет?

С тех пор, как сегодня Рауль пришел к нему, он сказал всего несколько ничего не значащих фраз; его пальцы переплетены так тесно, что это, должно быть, больно, а взгляд зеленых глаз кажется мучительно сосредоточенным... И все же Катце едва может поверить, ожидал чего угодно, но не этого, когда Рауль делает шаг к нему, кладет ему руки на плечи - и подтягивает ближе, так близко, что сомнений в его намерениях не остается - разве что его губы пока не касаются губ Катце.

Но этого не может быть, думает Катце. Рауль ошибся. Принял его за кого-то другого. Потому что трудно найти менее подходящего человека, чем Катце - для того, чтобы держать его вот так, смотреть на него вот так.

Вблизи Рауль кажется еще более прекрасным. И его взгляд как будто вбирает в себя лицо Катце, это почти страшно. Зачем ему смотреть так пристально, думает Катце, что он может увидеть таким образом, чего не заметил бы раньше - несовершенные черты выходца из Цереса? Уродующий шрам?

- Ты знаешь, чего я хочу, - говорит Рауль. Это не вопрос. Наверное, это лестно: он полагает Катце достаточно сообразительным, способным догадаться о его желаниях, какими бы невероятными они ни были. Может быть, Рауль поэтому и выбрал его - потому что Катце не нужно ничего объяснять. Впрочем, блонди вообще не нужно ничего объяснять - Рауль просто мог бы взять того, кого хочет. Любого.

- Да, - говорит Катце. Ему не хочется притворяться - это не флирт, не игра. Это его жизнь, которую блонди может погубить в любой момент - если захочет. Его жизнь, которую он сам довел до такого состояния, что уже не уверен, стоит ли ему ее доживать. Рауль стискивает его плечи - до боли, и снова удивляет Катце, спрашивая:

- А ты - чего хочешь ты?

Это почти смешно. Когда блонди спрашивал у монгрела, чего тот хочет? Когда Ясон спрашивал у Рики? Если уж Рауль решил идти по стопам Ясона, он должен брать с него пример во всем.

Если бы Ясон вот так прикоснулся к нему, так смотрел на него... если бы...

Рауль не Ясон. Да, Катце снова напоминает себе об этом. Вопрос лишь в том, хочет ли Катце прожить всю оставшуюся жизнь, не расставаясь с мыслями о своем прежнем хозяине, до сих пор принадлежа ему, ни на мгновение не забывая о нем, сравнивая с Ясоном каждого встречного и всех находя недостаточными.

В ту ночь, когда Ясон и Рики погибли, Катце хотел умереть вместе с Ясоном. Но хочет ли он оставаться мертвым?

- Я хочу жить, - говорит он, встречая взгляд Рауля, и чувствует, что пальцы, стискивающие его плечи, разжимаются. А затем Рауль прикасается к его лицу очень горячими, без перчаток, руками.

[+] Back